Оружие геноцида

Рубрика: Статьи

Авторитетные мнения об алкоголе

 

Человек пьющий ни на что не годен,

А.С.Пушкин.

 

Опьянение есть добровольное сумасшествие,

Аристотель.

 

Пьянство — это добровольное безумие,

Гиппократ.

 

Пьянство есть упражнение в безумии,

Пифагор.

 

Люди впускают врага в свои уста, и он похищает их мозг!

Шекспир.

 

Каждая страна имеет своего дьявола: наш немецкий дьявол — добрая бочка вина, а имя ему пьянство. К прискорбию, вся Германия зачумлена пьянством…

Мартин Лютер.

 

Пьяный человек — не человек, ибо он потерял то, что отличает человеке от скотины, — разум.

Т.Пэн.

 

В чарке тоска ищет облегчения, малодушие — храбрости, нерешительность — уверенности, печаль — радости… и находят лишь погибель.

Б.Джонсон.

 

Опьянение есть истинное безумие, оно нас лишает наших способностей,

Солон.

 

Никакие напасти и преступления не уничтожают столько народа и народного богатства, как пьянство.

Ф.Бэкон.

 

Алкоголь уносит больше человеческих жертв, чем самая тяжёлая эпидемия.

М.Бэр.

 

Те безрассуднее скотов, кто утоляет жажду не водой, а вином.

Диоген.

 

Никакое тело не может быть столь крепким, чтобы вино не могло повредить его.

Плутарх.

 

Алкоголь разрушает здоровье человека не только тем, что отравляет организм; он предрасполагает пьющего ко всяким другим заболеваниям.

Н.А.Семашко.

 

Привыкайте есть простой хлеб и пить воду, а к вину даже не прикасайтесь, ибо вино стариков превращает в животных, а юношей в женщин.

Кратет Фиванский.

 

Алкоголь — обманчивое средство для поднятия продуктивной деятельности организма, но вполне надёжное средство, когда требуется убавить ума.

А. Данилевский.

 

Вино сообщает каждому, кто пьёт его, четыре качества. Вначале человек становится похожим на павлина — он пыжится, его движения плавны и величавы. Затем он приобретает характер обезьяны и начинает со всеми шутить и заигрывать. Потом он уподобляется льву и становится самонадеянным, гордым, уверенным в своей силе. Но в заключение он превращается в свинью и, подобно ей, валяется в грязи.

Абдуль-Фарадж.

 

Мы пробовали давать самые малые дозы алкоголя и ни разу не получили возбуждающего действия. Это надо понимать так, что с самого начала действие алкоголя есть действие парализующее, а не возбуждающее.

И.П. Павлов.

 

Институт, ставящий себе непременною целью открыть безвредное употребление значительного количества алкоголя, по всей справедливости, не имеет права именовать или считаться научным институтом.

И.П. Павлов.

 

Очевидно, что финансовый вопрос не должен служить тормозом для решения вопроса «алкогольного», ибо это значило бы не верить в экономические силы страны, не верить в возможность обойтись без «пьяного» бюджета и, следовательно, тем самым положить крест над всем, ибо безнадёжный пессимизм есть начало смерти.

В.М. Бехтерев.

 

Зло, известное под названием алкоголизма, имеет огромное государственное значение, ибо определённо можно сказать, что вместе с развитием алкоголизма понижается в стране как физическая, так и умственная энергия и трудоспособность населения, вследствие чего ослабляются экономические силы страны и вместе с тем падает его нравственность, что выражается увеличением числа преступлений.

В.М. Бехтерев.

 

Алкоголь — поставщик людей для тюрем.

А.Бодрираллар.

 

Бедность и преступление, нервные и психические болезни, вырождение потомства — вот что делает алкоголь.

В.М.Бехтерев.

 

Винный спирт не придаёт силы, а ослабляет, не молодит, а старит душу, тело, характер и расслабляет разум!

Р.Кох.

 

Нет лучшего средства для создания идиотов, чем алкоголь.

Э.Крепелин.

 

В том, что пьяный человек становится хуже самого грязного скота, нет для людей никакого оправдания.

К.Г.Паустовский.

 

Но если даже оставить спорный вопрос о действии малых доз алкоголя, то, прежде всего, на практике нельзя даже определить, что признавать малой дозой алкоголя и что большой, ибо для одних лиц малая доза будет одна, а для других другая. Главное же — всем известно, что дело обычно начинается с малых доз алкоголя и что затем эти малые дозы переходят в большие. Здесь приходится считаться с общим свойством наркотических ядов: кто начинает курить с 2-3 папирос в день, тот скоро втягивается и затем переходит к 15-20 и, наконец, 40 и более папирос в день, т.е. становится завзятым курильщиком; кто начинает себе впрыскивать морфий в малых дозах, тот, если вовремя не будет остановлен, наверное сделается морфинистом. Так же дело обстоит и с алкоголем. Здесь нужно говорить не о малых или больших дозах, а вообще о каких бы то ни было дозах, за которыми обычно следуют повторные приёмы алкоголя, и человек незаметно для себя и постепенно превращается в хронического алкоголика. Конечно, дело не обходится, как и всегда, без многочисленных исключений; но в таких вопросах, как пристрастие, привычки или развитие болезни нужно рассчитывать не на сильные характеры, которых вообще не много, а на слабые; к тому же известно, что в последнее время вследствие отчасти того же алкоголизма дегенеративность населения чрезвычайно усиливается, а для многих дегенератов, как доказано научными наблюдениями, достаточно одной выпитой рюмки, чтобы развилось непреодолимое влечение к алкоголю, и человек, который мог быть ещё полезным членом общества, в конце концов становится хроническим пьяницей с последующим развитием упадка интеллектуальной и нравственной сферы и физической работоспособности. Отсюда ясно, что борьба нужна не только со злоупотреблением спиртными напитками, но и с потреблением их вообще, тем более, что борьба наполовину никогда не обещает успеха; сколько бы мифической гидре ни отрезали голов, они вновь вырастают с необычной быстротою; только при уничтожении самой гидры можно рассчитывать на победу. Итак, нужна коренная борьба со злом, которая в конечном итоге должна привести к отрезвлению населения и изъятию алкоголя из вольной продажи, к чему и необходимо всемерно стремиться в интересах оздоровления населения.

В.М.Бехтерев.

 

Доказано, что даже малые дозы алкоголя ослабляют умственные способности

В.М.Бехтерев.

 

Между прочим, на примере России можно видеть, как с повышением количества потребляемого алкоголя увеличилось количество душевнобольных. Так, в 1912 году в психиатрические больницы поступило 9130 душевнобольных — алкоголиков, а в 1913 году — 10210. Запрещение же спиртных напитков в 1914 г. понизило резко число душевнобольных: в 1914 г. их поступило в больницы 6300, в 1915 г. — 911, а в 1916 г. их совершенно не поступало

В.М.Бехтерев.

 

Нет во всём организме ни одного органа, ни одной ткани, ни одной составной части, которая не испытывала бы на себе пагубного влияния алкоголя.

Н.Е.Введенский.

 

Принять что-либо за мерку безвредного употребления алкоголя совершенно невозможно, ибо действие его на разных органах и на разных деятельностях организма сказывается не одновременно, а на самом высшем органе, органе самоопределения, головном мозгу, алкоголь уже в небольших дозах обнаруживает быстро своё парализующее влияние. Впрочем, многие из прибегающих к алкоголю бессознательно или сознательно этого и добиваются. Итак, говорить о норме или безвредности употребления спиртных напитков совершенно не приходится

Н.Е.Введенский.

 

Что алкоголь вообще яд для всяких живых клеток — это должно считать твёрдо установленным в науке. Даже деятельность микроскопического грибка, производящего алкогольное брожение в сахаре, прекращается, когда алкоголь накопляется в бродящей жидкости до известного процента.

Н.Е.Введенский.

Русские пословицы и поговорки

Был Иван, а стал Болван, а всё винцо виновато.

Вешний путь не дорога, а пьяного речь на беседа.

В луже водки и богатыри тонут.

Водку пить — себя губить.

Водка не лечит, а калечит.

Водка без огня разум сожжёт.

Вино полюбил — семью разорил.

Вино приходит — стыд уходит.

Где винцо, там и горюшко.

Голод да холод дорогу в кабак протоптали.

Где опьянение, там и преступление.

Кабак построили — горе да беда.

Кто бражкой упивается, тот слезами умывается.

Кто вино любит, тот своё сердце губит.

На пьяницу в семь сох не напашешься.

Пить да гулять — добра не видать.

Пьяница в народе, что сорняк в огороде.

Пьяный решетом деньги мерит, а проспится, не на что и решето купить.

Пьяница не сам идёт его хмель ведёт.

Река с ручья начинается, а пьянство с рюмочки.

С водкой дружить — здоровье прожить.

Стаканчики да рюмочки доведут до сумочки.

Стаканчики гранёные, а хата развалённая.

У пьяного семь клетей, а проспится один плетень.

У трезвого кулаки дерево рубят, у пьяного и топор не берёт.

Хватил винца — не стало молодца.

Дореволюционная история и поэзия

Один из крупных психиатров дореволюционной России И.А.Сикорский писал: «Раньше было пьянство, а с XIX века начался алкоголизм с его неизбежными последствиями... Алкоголизация вызывает общее расстройство здоровья с преимущественным поражением высших сторон, а именно: чувства, воли, нравственности, работоспособности».

В 1781 году Екатерина II создаёт питейные палаты, которые были обязаны заготавливать в определённых районах установленное количество водки в год — на основе сложившейся практики и потребности в ней в данной местности. Однако Указ 1781 года не предписывал, как питейные палаты должны были заготавливать водку: её можно было, как заказать на казённых заводах, так и закупить у любого производителя. Но и этот Указ не мог ликвидировать взяточничество и коррупцию, более того, он способствовал ухудшению дел казённых винокурен, так как государственная казённая палата размещала там всё меньше и меньше заказов. С 1795 года заготовка водки казной почти исчезает. Откуп становится господствующей системой. К концу XVIII века он распространился по всей России.

По мнению ряда отечественных авторов, жадное русское купечество захватило в свои руки государственную монополию на водку в виде откупов, превратило откупную систему в источник своего бесхлопотного обогащения, стало паразитировать и наживаться на основе злоупотреблений, воровства, ухудшения качества продукции, поскольку водочные откупа предоставляли такие возможности. Однако, учитывая действительное положение дел в винокуренном производстве и торговле вином на тот период, говорить только о «жадном русском купечестве», стыдливо потупив глаза, исторически неверно и несправедливо.

«К восемнадцатому столетию винное дело стало почти главным занятием евреев. Этот промысел часто создавал столкновения между евреем и мужиком, этим бесправным «холопом», который шёл в шинок не от достатка, а от крайней бедности и горя». (S.M.Dubnow, p.265; Джеймс Паркс «Евреи среди народов: Обзор причин антисемитизма». Париж: YMCA-Press, 1932, с. 154).

Особо безудержной алкогольной эксплуатации подвергался наш народ с конца XVIII и в первой половине XIX столетия, когда по всей стране были открыты кабаки и корчмы с продажей водки практически в любое время дня и ночи.

Разорение и, по существу, истребление народа с помощью водки достигло особенно опасных размеров в Белоруссии и на западе России. Там к концу XVIII века одно питейное заведение приходилось на 250-300 «душ обоего пола». О том, насколько водка разоряла народ, можно судить по следующему примеру.

В 1858-1859 годах в России опять, уже в третий раз в истории, прокатилась волна «кабацких» бунтов, возникло мощное трезвенническое движение. Тысячи сёл и деревень, сотни тысяч людей выносили решения о закрытии питейных заведений. Во многих губерниях (Ковенской, Виленской, Саратовской, Курской, Тульской и других) стали возникать общества трезвости. В июле 1859 года Святейший Синод вынес решение, в котором обязал «священнослужителей содействовать возникновению в городских и сельских сословиях благой решимости воздержания от употребления вина». Сотни тысяч людей, в каких-нибудь пять-шесть месяцев, без всяких предварительных возбуждений и прокламаций, в разных концах обширного царства отказались от водки.

Начавшееся трезвенническое движение было прервано грубым вмешательством в него официальных властей. Министром финансов было сделано распоряжение: «...Приговоры городских и сельских обществ о воздержании уничтожить и впредь городских собраний и сельских сходней для сей цели не допускать». По питейным делам были брошены в тюрьмы более 11 тысяч крестьян. Даже с церковью правительство вошло в конфликт, отстаивая барыши виноторговцев. Министр финансов писал обер-прокурору Святейшего Синода: «Совершенное запрещение горячего вина посредством сильнодействующих на умы простого народа религиозных угроз и клятвенных обещаний не должно быть допускаемо, как противное не только общему понятию о пользе умеренного употребления вина, но и тем постановлениям, на основании которых правительство отдало питейные сборы в откупное содержание».

Народ был возмущён действиями царского правительства, прибегнувшего к репрессиям против участников трезвеннического движения, а также поведением служителей церкви, которые под влиянием властей сразу прекратили борьбу с пьянством. Всё это способствовало нагнетанию революционной ситуации.

 С этого времени организация обществ трезвости надолго сделалась невозможной. Однако народный протест против вина, поддерживаемый в статьях передовых врачей, учителей, учёных и просветителей, продолжал оказывать влияние на умы, на поиски людьми путей преодоления пьянства. И несмотря на правительственное стремление поддержать пьянство на прежнем уровне, оно продолжает спадать, на что указывают данные о потреблении алкоголя на душу населения страны.

Так, если в 1863 — 1866 годах чистого спирта на душу населения ежегодно приходилось в среднем по 4,55 литра, то через 10 лет — 4,18, ещё через 10 лет — 3,32, а в 1893 г. — 2,46 литра. Таким образом, можно считать несомненным, что вопреки действиям правительства, благодаря влиянию на умы людей лучшей части нашей интеллигенции, революционных демократов и народных просветителей — начиная с шестидесятых годов потребление алкогольных напитков в стране постепенно уменьшалось и в таковой же пропорции в ней уменьшалось количество «алкогольных» смертей. Если в 1870 году умерло от пьянства внезапно 4077, то в 1878 году — 3240 мужчин.

К началу 1890-х годов, убедившись, что с падением потребления спиртных напитков поступления в казну уменьшаются, царское правительство решило провести реформу в производстве и торговле водочной продукцией, взяв всю эту доходную отрасль в свои руки и введя винную монополию.

В циркуляре от 28 ноября 1896 года российский министр финансов С.Ю.Витте (инициатор введения винной монополии в 1894 г.) писал: «...Казённое вино по своим качествам удовлетворяет самым строгим санитарным требованиям, что на подбор продавцов в винных лавках... обращено серьёзное внимание... что случаи пьяного разгула, сопровождавшие обыкновенно всякие деревенские торжества, отходят понемногу в область прошедшего и вместе с тем в семьях водворяется тишина и согласие... Что в южных и юго-западных губерниях уже высказывались похвалы доброкачественности казённого вина и отзывы об уменьшении разгула в деревнях... что крестьяне, осеняя себя крестным знамением, выражали благодарность батюшке-царю, избавившему народ от пагубного влияния дореформенного кабака, разорявшего в большинстве случаев окрестное население преимущественно путём продажи питий в долг и под заклад. Наконец, что акцизное ведомство проявило при осуществлении реформы... глубокое воодушевление высокою идеей упрочения нравственности и благосостояния народа, положенного в основание реформы...».

Этот циркуляр является образцом двуличия и крючкотворства, которые применяло царское правительство в вопросах борьбы с пьянством. Насквозь проникнутый фальшивой заботой о народе, он содержит фактически неприкрытое восхваление казённой водки и её пропаганду.

Реформа правительства сразу же сказалась на душевом потреблении винных изделий, которое стало нарастать. За 17-20 лет с 1893 по 1910 год оно возросло с 2,46 до 4,7 литра, а к 1913 году — до 6,09 литра. Дореволюционная история нашего государства показывает, что царское правительство, видя несомненное зло алкоголя, не принимало никаких мер против него, черпая из этого источника средства для пополнения бюджета.

Государственная водочная монополия действовала недолго — фактически менее десяти лет. В 1904 — 1905 годах, в связи с началом русско-японской войны был введён запрет на водочную торговлю в ряде регионов страны. В 1905 — 1907 годах (в годы первой русской революции) сохранялись и действовали частично ограничения на водочное производство и торговлю.

И только в 1906 — 1913 годах водочная монополия осуществлялась во всём объёме и привела к некоторым положительным результатам по сокращению, хотя бы внешних проявлений пьянства. Была упорядочена торговля водкой. Лишь в столицах и крупных городах она велась с 7 часов утра и до 22 часов вечера. На селе она завершалась до 20 часов. Во время проведения различных общественных мероприятий (выборов в Думу, деревенских и волостных общинных сходов) торговля водкой была строго запрещена. Ко всем самогонщикам применялись уголовные наказания.

Начиная с восьмидесятых годов позапрошлого столетия душевое потребление спиртных напитков было в России ниже 4,7 литра, то есть почти самым низким в Европе и Америке. А в 1914 году в стране вступил в силу и долго действовал сухой закон.

Отрезвление жизни народа привело к резкому снижению преступности, хулиганства и уменьшению числа насильственных смертей, к оздоровлению быта и изменению структуры досуга (заметно возросла посещаемость читальных залов, оперных и драматических театров, повсюду стали возникать самодеятельные группы, музыкальные и хоровые кружки), к формированию новых здоровых традиций (например, трезвых свадеб), резкому снижению заболеваемости, особенно психической.

В книге доктора медицины А.Мендельсона «Итоги принудительной трезвости и новые формы пьянства», изданной в Петрограде в 1916 году, говорится, что произведён «небывалый в истории человечества опыт внезапного отрезвления многомиллионного народа, и результаты этого эксперимента, длящегося уже более года, поразительны. Сотни миллионов рублей, раньше пропивавшиеся русским народом, потекли в сберегательные кассы. По отзыву министра финансов, покупательная сила русского народа и продуктивность труда заводских рабочих увеличилась в чрезвычайной степени, что даёт возможность провести в ближайшем будущем крупные финансовые реформы. Словом, мы только теперь начинаем знакомиться с истинной мощью русского народа в экономическом отношении. С другой стороны, только теперь, при полном отрезвлении народа, этого великого молчальника, перед нами выступает его нравственная физиономия, его настоящая, не затуманенная алкоголем, психика».

Введение трезвости благотворно отразилось и на материальном благосостоянии народа. Так, за восемь месяцев, в период с 1 августа 1914 года по 31 марта 1915 года, прирост вкладов в сберегательные кассы выразился суммой в 261,7 миллиона рублей, а за тот же период 1913 — 1914 гг. такой прирост составил лишь 6,5 миллионов рублей. Общая сумма всех денежных вкладов в государственные сберегательные кассы к 1 июля 1915 года превысила два миллиарда рублей (2134,7 миллиона), тогда как в прежние годы эта сумма не достигала и одного миллиарда.

В целом, народ охотно перешёл к трезвому образу жизни. Об этом свидетельствует продолжавшееся в последующие годы снижение потребления алкоголя на душу населения, а вместе с ним и сокращение всех тех отрицательных явлений в жизни общества, которые нёс за собой алкоголь.

Вот что говорят объективные научные данные. Душевое потребление алкогольных напитков в России в 1906 — 1910 гг. составляло 3,41 литра. А в период с 1915 по 1924 год оно почти приближалось к нулю. В 1925 году, в год отмены сухого закона, душевое потребление алкоголя в нашей стране равнялось 0,88 литра.

Подводя итоги изучения годового опыта трезвой жизни того периода, А.Мендельсон пишет: «Теперь, когда над Россией проделан опыт отрезвления, длящийся уже более года, опыт, вызывающий восторженное изумление у наших заграничных друзей: англичан, французов, шведов, когда этот опыт со всеми его благодетельными последствиями переживается сознательно всем населением, дальнейшая добровольная трезвая жизнь получила в свою пользу аргумент, равного которому не было в истории человечества. Ворвавшаяся в нашу жизнь принудительная трезвость своими результатами распропагандировала русский народ... сотни тысяч и миллионы населения будут добровольными трезвенниками. Но не вводите вновь народ в искушение! Итак, полное запрещение продажи спиртных напитков должно остаться в силе навсегда».

Как показал последующий опыт по «либерализации» торговли алкоголем после отмены сухого закона в 1925 году, сознательность масс не смогла стать решающим фактором всеобщей трезвости — вне режима сухого закона. Несмотря на последующие после 1925 года крупные агитационно-разъяснительные кампании советского периода (1928 — 1930 гг.), после смерти В.И.Ленина, стоявшего на позициях абсолютной трезвости, сильная троцкистская оппозиция, способствовав отмене сухого закона, спровоцировала сначала медленный, но увеличивающийся с каждым годом, рост потребления алкоголя в России.

А.К. Толстой «БОГАТЫРЬ»

По русскому славному царству,

На кляче разбитой верхом,

Один богатырь разъезжает

И взад, и вперёд, и кругом.

Покрыт он дырявой рогожей,

Мочалы вокруг сапогов,

На брови надвинута шапка,

За пазухой пеннику штоф[14].

«Ко мне, горемычные люди,

Ко мне, молодцы, поскорей!

Ко мне, молодицы и девки, —

Отведайте водки моей!»

Он потчует всех без разбору,

Гроша ни с кого не берёт,

Встречает его с хлебом-солью,

Честит его русский народ.

Красив ли он, стар или молод —

Никто не заметил того;

Но ссоры, болезни и голод

Плетутся за клячей его.

И кто его водки отведал,

От ней не отстанет никак,

И всадник его провожает

Услужливо в ближний кабак.

Стучат и расходятся чарки,

Трёхпробное льётся вино,

В кабак, до последней рубахи,

Добро мужика снесено.

Стучат и расходятся чарки,

Питейное дело растёт,

Жиды богатеют, жиреют,

Беднеет, худеет народ.

Со службы домой воротился

В деревню усталый солдат;

Его угощают родные,

Вкруг штофа горелки сидят.

Приходу его они рады,

Но вот уж играет вино,

По жилам бежит и струится

И головы кружит оно.

«Да что,— говорят ему братья,—

Уж нешто ты нам и старшой?

Ведь мы-то трудились, пахали,

Не станем делиться с тобой!»

И ссора меж них закипела,

И подняли бабы содом;

Солдат их ружейным прикладом,

А братья его топором!

Сидел над картиной художник,

Он божию матерь писал,

Любил как дитя он картину,

Он ею и жил и дышал;

Вперёд подвигалося дело,

Порой на него с полотна

С улыбкой святая глядела,

Его ободряла она.

Сгрустнулося раз живописцу,

Он с горя горелки хватил —

Забыл он свою мастерскую,

Свою богоматерь забыл.

Весь день он валяется пьяный

И в руки кистей не берёт —

Меж тем, под рогожею, всадник

На кляче плетётся вперёд.

Работают в поле ребята,

И градом с них катится пот,

И им, в умилении, всадник

Орлёный свой штоф отдаёт.

Пошла между ними потеха!

Трёхпробное льётся вино,

По жилам бежит и струится

И головы кружит оно.

Бросают они свои сохи,

Готовят себе кистени,

Идут на большую дорогу,

Купцов поджидают они.

Был сын у родителей бедных;

Любовью к науке влеком,

Семью он свою оставляет

И в город приходит пешком.

Он трудится денно и нощно,

Покою себе не даёт,

Он терпит и голод и холод,

Но движется быстро вперёд.

Однажды, в дождливую осень,

В одном переулке глухом,

Ему попадается всадник

На кляче разбитой верхом.

«Здорово, товарищ, дай руку!

Никак, ты, бедняга, продрог?

Что ж, выпьем за Русь и науку!

Я сам им служу, видит бог!»

От стужи иль от голодухи

Прельстился на водку и ты —

И вот потонули в сивухе

Родные, святые мечты!

За пьянство из судной управы

Повытчика выгнали раз;

Теперь он крестьянам на сходке

Читает подложный указ.

Лукаво толкует свободу

И бочками водку сулит:

«Нет боле оброков, ни барщин;

Того-де закон не велит.

Теперь, вишь, другие порядки.

Знай пей, молодец, не тужи!

А лучше чтоб спорилось дело,

На то топоры и ножи!»

А всадник на кляче не дремлет,

Он едет и свищет в кулак;

Где кляча ударит копытом,

Там тотчас стоит и кабак.

За двести мильонов Россия

Жидами на откуп взята —

За тридцать серебряных денег

Они же купили Христа.

И много Понтийских Пилатов,

И много лукавых Иуд

Отчизну свою распинают,

Христа своего продают.

Стучат и расходятся чарки,

Рекою бушует вино,

Уносит деревни и сёла

И Русь затопляет оно.

Дерутся и режутся братья,

И мать дочерей продаёт,

Плач, песни, и вой, и проклятья —

Питейное дело растёт!

И гордо на кляче гарцует

Теперь богатырь удалой;

Уж сбросил с себя он рогожу,

Он шапку сымает долой:

Гарцует оглоданный остов,

Венец на плешивом челе,

Венец из разбитых бутылок

Блестит и сверкает во мгле.

И череп безглазый смеётся:

«Призванье моё свершено!

Недаром же им достаётся

Моё даровое вино!»

1849

Очнись, Россия

Очнись, Великая Россия!
И с пьяных четверенек встань.
Довольно алчным ханам змия
Платить чудовищную дань!

Быть или пить — всего два слова,
Но в них душою мы горим.
Вот наше поле Куликово,
Вот где за Русь мы постоим.

И если хочешь ты Отчизне
Хмельные путы разорвать,
Вернуть народ свой
 к трезвой жизни —
Возьми свой меч,
 встань в нашу рать!

Борис Кардаш, 1984 г.

 

[14] Пенник — крепкое хлебное вино. Штоф — стеклянный сосуд кубовидной формы для крепких спиртных напитков ёмкостью в 1 штоф = 1,23 литра.

X