За что убили Слободана Милошевича

Рубрика: Статьи

В памяти сербского народа это несогласие было решающим для проигрыша битвы и злой судьбы, которую Сербия переживала целых пять веков, хотя, с исторической точки зрения, это не было так.

Остаётся представление, что народ пережил своё несогласие, как своё самое большое несчастье, и поэтому обязанность народа состоит в том, чтобы самому устранить его и защитить себя в будущем от поражений, неуспехов и стагнации.

Народ Сербии осознал в этом году необходимость своего взаимосогласия, как решающего условия для своей нынешней жизни и дальнейшего развития.

Я уверен, что это сознание о согласии, единстве позволит Сербии не только функционировать, как государству, но и функционировать, как успешному государству.

Поэтому я думаю, что об этом есть смысл сказать именно здесь, в Косово, где несогласие когда-то трагически и на века отбросило назад и поставило под угрозу Сербию и где обновлённое согласие может двинуть её вперёд, вернуть ей достоинство.

Такое понимание взаимных отношений представляет собой элементарную необходимость для Югославии, так как её судьба находится в объединённых руках всех её народов. Спустя шесть веков, мы сегодня опять находимся в сражениях и перед сражениями».

Это то, что вы цитируете. Это — общая фраза. Но это, естественно, не учитывается...

«Несмотря на то, какими являются эти сражения, они не могут выигрываться без решительности, храбрости и самопожертвования, без тех качеств, которые издавна существовали в Косове.

Наше главное сражение сегодня состоит в осуществлении экономического, политического, культурного и в целом общественного процветания ради более быстрого и успешного приближения к цивилизации, при которой люди будут жить в XXI веке.

Для этого сражения нам особенно необходимо геройство. Разумеется, несколько иное, но та храбрость, без которой в мире нельзя добиться ничего серьёзного и великого, остаётся неизменной, остаётся вечно необходимой».

Я не буду цитировать всю речь, но я цитировал некоторые её части, чтобы было видно, сколь злонамеренно выдернута цитата.

Ведь я, как раз, говорю, что нам предстоит главное сражение за экономическое, социальное, культурное процветание, и так далее, а вы видели, как они это использовали.

 

Я процитирую ещё пару вещей (из выступления в Косове 29 июня 1989 года — Прим. Ред.)

«В Сербии никогда не жили только сербы, — это я говорю в Косово перед двумя миллионами человек. — Сегодня в ней больше, чем раньше, живут граждане, представляющие другие народы и народности. Это — не изъян для Сербии. Я искренне уверен, что в этом — её преимущество.

Меняется национальный состав почти всех, а особенно развитых стран современного мира. Всё больше и всё успешнее совместно проживают граждане различных национальностей, различных вероисповеданий и рас.

Социализм, как прогрессивное и справедливое демократическое общество, тем более не должен был бы допустить, чтобы люди разделялись в национальном и религиозном отношении.

Единственные различия, которые при социализме могут и должны допускаться, это различия между честными и нечестными людьми.

Поэтому все, кто в Сербии живёт за счёт своего труда, уважают других людей и другие народы в своей республике. Югославия — это многонациональное сообщество, и она может сохраниться только в условиях полного равноправия всех наций, которые в ней живут.

Кризис, поразивший Югославию, привёл к национальным, а также к социальным, культурным, религиозным и многим другим важным разделам.

Среди всех этих разделов самыми драматическими показали себя национальные разделы. Их устранение облегчит преодоление других разделов и смягчит их последствия».

Это было сказано в Косове, в день самого большого сербского праздника Видовдан, который изображается, как взрыв сербского национализма. Это — подлинный текст. И сегодня я не изменил бы в ней ни одного слова.

А тогда я считал, что, как президент Сербии, я должен сказать, прежде всего, сербам там, где они являются большинством, что национальное равноправие — это единственный выход.

А вы видите, с каким коварством выхвачена часть фразы, которая, по сути дела, абсолютно спокойна и является общим местом.

Я не читал бы сейчас эту речь, не тратил своё время, если бы обвинители не толковали её столь злонамеренным образом.

Но продолжу вопросы, которые я хотел бы адресовать общественности, но, естественно, не обвинителям, ибо они продемонстрировали такое коварство, что, вероятно, они никого больше не вводят в заблуждение.

Что, скажите, доказывается тем, что Социалистическая партия Сербии назначала министров?

Да я не знаю ни одной страны, в которой партия, выигравшая свободные многопартийные выборы, получившая парламентское большинство, не назначает своих министров. Я не знаю, кого в ваших странах партии назначают министрами, если не своих членов и лидеров.

Но не так обстояло дело в Югославии. Мы назначали министрами даже беспартийных лиц. У нас было несколько периодов, когда действовало правительство народного единства с участием в нём представителей ряда партий и беспартийных людей.

И что вы доказываете тем, что от этого зависело их материальное положение?

Я не знаю, работают ли министры в ваших странах бесплатно или, может быть, они имеют какие-то другие источники доходов?

У нас министры получают заработную плату. А те, кто злоупотребляет служебным положением, чтобы присвоить какие-то деньги, всегда несли ответственность.

Мы ведь — единственная страна, о которой мне известно, где за последние 10 лет были арестованы два министра за растрату, насколько я помню, 700 000 марок. Они не только были, естественно, смещены, но и отданы под суд и осуждены.

И что означает ваше искажение названия Социалистической партии Сербии? Я здесь слышал: Сербская социалистическая партия.

В отличие от многих оппозиционных партий, в названии которых имеется слово «сербская», мы не были и сейчас не являемся Сербской социалистической партией. Мы являемся Социалистической партией Сербии, а в ней большинство, естественно, составляют сербы.

Но нет такой национальности в Югославии, которая не представлена в Социалистической партии Сербии. Это и венгры, и румыны, и русины, и албанцы, и турки, и горанцы, и цыгане, и египтяне, и мусульмане.

И, как вы думаете, стали бы представители всех этих национальных сообществ, проживающих в Сербии, вступать в партию, осуществляющую дискриминацию?

Впрочем, бессмысленно это и дальше доказывать, ибо югославская действительность сама полностью обесценивает те дешёвые инсинуации, которые мы здесь слышали.

Не буду больше касаться и некоторых абсолютно бессмысленных утверждений, например, о том, что Скупщина Сербии распустила Скупщину Косова.

Но Скупщина Сербии, по Конституции, является парламентом более высокого ранга. Она распустила Скупщину более низкого ранга, когда та нарушила Конституцию. Ну, и что? В чём тут преступление?

Почему вы говорите, что все руководители средств массовой информации были членами Социалистической партии?

Например, директор крупнейшей, ведущей газеты «Политика» не был членом ни одной партии. Было сколько угодно директоров или главных редакторов СМИ, которые не были членами Социалистической партии Сербии.

Они свободно работали в Югославии и в оппозиционных, и в проправительственных, и в других средствах массовой информации. В конце концов, о том, что в стране демократия, говорит уже то, как много действовало оппозиционных средств информации.

Что вы доказываете тем, что у нас было министерство по связям с сербами, проживающими за пределами Сербии?

Ведь, насчитывается более двух миллионов сербов, которые живут в Австралии, Латинской Америке, Соединённых Штатах, Канаде, во всех государствах Европы, включая Голландию.

Кстати, такие министерства по связям с диаспорой имеются во многих странах. Мы ежегодно проводим конгресс диаспоры. Люди приезжают из Новой Зеландии, из Австралии, Индии, из Северной и Южной Америки.

Откуда у вас такая дерзость ложно цитировать, якобы принадлежащее мне заявление, что с Югославией покончено?

И птицы на ветках знают, что я всеми силами боролся за сохранение Югославии, что позже, для преемственности с прежней Югославией, мы образовали Союзную Республику Югославию. Югославия — и опять Югославия.

А вы думаете, что в Сербии не было голосов, причём, весьма сильных, о том, что Сербии следует выйти из Югославии, ибо (особенно по мнению яростных антикоммунистов), Югославия была тюрьмой народов и коммунистическим творением и её следовало разрушить.

Я им говорил, что Югославия отвечает интересам всех южнославянских народов, которые должны жить равноправно. Она выражает и национальные интересы сербского народа, о которых вы якобы заботитесь, но не знаете, что говорите.

Югославия — это единственная возможность для сербов жить в одном государстве, поскольку они находятся во всех республиках.

Вы и этим злоупотребили, представляя дело так, что это была программа «Великой Сербии» и что сербы выступают за неё. Но я сразу же добавил, что в Югославии и все хорваты живут в одном государстве. И все мусульмане, при этом, живут в одном государстве, и все македонцы живут в одном государстве.

Известно ли вам, что в Сербии живёт больше мусульман, чем в Боснии? И часто наибольшее несчастье для мусульман состояло в отделении от Югославии и разделе, ибо в Сербии больше мусульман, чем в Боснии.

Разве они не были заинтересованы в том, чтобы жить в одном государстве — двух республиках?

Я вообще не знаю, откуда взялась выдумка о том, что я вёл переговоры о разделе Боснии с Туджманом в Караджорджево. Да, я встречался в Караджорджево с Туджманом, и не только там. Сначала он прибыл ко мне в Караджорджево, близ границы.

Спустя 10-15 дней я посетил его с визитом — также близ границы. Мы вели переговоры, информировали общественность о встрече и переговорах. Мы считали, что надо развивать отношения.

Я не говорю, что не было идей о разделе Боснии, но никогда они не исходили от меня и не поддерживались мной, так как я считал, что ни одно решение не может быть принято, если оно наносит ущерб любому народу, живущему в Боснии и Герцеговине.

Эта моя позиция известна. Она была известна до Дейтона, она была известна в Дейтоне. На базе этой концепции, собственно говоря, и был достигнут успех в Дейтоне. По формуле, за которую я все эти годы выступал публично.

И, если вы действительно хотели быть беспристрастными, вы легко нашли бы это в любой газете. Проблема Боснии может быть решена только по формуле, которая будет в равной степени защищать интересы всех трёх народов.

X