Геноцид русского народа в XX-XXI веках

Рубрика: Статьи

К сожалению, выселением чеченцев из Чечни не была поставлена точка в истории отношений русского и чеченского народов. Она не оставляет места для сомнений и надежд. Бросим на нее короткий взгляд. Я процитирую статью Олега Матвеева «Русский бунт в Грозном» («Независимая газета» 30.08.2000 г.)

После XX съезда КПСС началась реабилитация и отдельных граждан, и целых народов. Многое здесь делалось необдуманно, ошибочно. Одна из самых больших ошибок состояла в том, что девятого января 1957 г. председатель Президиума ВС СССР Климент Ворошилов подписал Указ «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР в составе РСФСР». «В целях создания необходимых условий для национального развития чеченского и ингушского народов» представителям этих народов разрешалось вернуться на прежнее место жительства. Что из этого вышло? Я процитирую статью Олега Матвеева «Русский бунт в Грозном» («Независимая газета» 30.08.00 г., в сокращении).

«Процесс переселения вскоре вышел из-под контроля. Только за 1957 год в автономную республику прибыло свыше 200 тыс. чел., что существенно превышало цифры, предусмотренные четырехлетним планом переселения. Это создавало серьезные проблемы с трудоустройством и обеспечением жильем. К тому же – массовое приобретение оружия, круговая порука, убийства на почве кровной мести, изнасилования, нападения на жителей республики, представляющих другие национальности.

Прибывшие шейхи, муллы и тейповые авторитеты, воздействуя на молодежь в националистическом и религиозном духе, стремились оживить идеи мюридизма и повиновения законам шариата. Это повлекло за собой резкий рост уголовных преступлений среди молодежи. За 9 месяцев 1957 года (!!! – как далеко еще было до Дудаева, но тенденция уже была ясна непредвзятому уму. – А.С.) в Грозном было совершено 22 убийства. Органами милиции привлечено к уголовной ответственности 285 человек. В первой половине 1958 года по сравнению с аналогичным периодом 1957 года в целом по ЧИ АССР количество убийств увеличилось в 2 раза, а случаев разбоя и хулиганства, повлекших за собой тяжкие телесные повреждения, в 3 раза. По всей республике стали обыденным явлением ссоры из-за домов и приусадебных участков, скандалы и групповые драки с применением холодного и огнестрельного оружия. Так, например, в конце 1957 года в Грозном распространялись антирусские листовки, были зафиксированы и нападения чеченской молодежи на учащихся ремесленных училищ и офицеров Советской Армии.

«Дела совсем плохие, – писала одна из русских жительниц Чечни своей родственнице в Россию, – приезжают чеченцы, творят что только вздумается, бьют русских, режут, убивают, ночью поджигают дома. Народ в панике. Многие уехали, а остальные собираются».

И действительно, в результате запугивания, при полном попустительстве республиканских властей в течение 1957 года (!!!) за пределы ЧИ АССР выехали 113 тысяч русских, осетин, аварцев, украинцев и граждан других национальностей.

Справедливое возмущение населения бесчинствами хулиганских элементов из числа чеченцев, а также неспособность власти реально защитить некоренных жителей спровоцировали русское население Грозного на массовые беспорядки.

Вечером 23 августа 1958 года в пригороде Грозного, поселке Черноречье, где преимущественно проживали рабочие и служащие Грозненского химического завода, чеченец Лулу Мальсагов, находясь в нетрезвом состоянии, устроил драку с русским парнем Владимиром Коротчевым и нанес ему ножевые ранения в живот. Чуть позже Мальсагов вместе с другими чеченцами встретили только что демобилизованного из армии рабочего завода Евгения Степашина и несколько раз ударили его ножом. Ранения Степашина оказались смертельными, а Коротчева удалось спасти.

25-26 августа проститься с погибшим в поселок Черноречье прибыло много людей, требовавших публичной казни убийц Степашина. Свыше трех тысяч человек, подняв на руки гроб с телом погибшего, направились в центр Грозного. Однако толпе вместе с гробом убитого удалось достичь своей цели. Примкнувшие к жителям Черноречья большие группы грозненской молодежи опрокинули несколько автомашин, выставленных в качестве заграждения, и демонстрация хлынула на площадь Ленина, где начался траурный митинг.

Для успокоения собравшихся на площадь вышли секретари обкома партии. Однако вместо обстоятельного разговора о волнующих людей проблемах они выступили с призывом прекратить беспорядки. В ответ из толпы послышались возгласы: «Вон чеченцев из Грозного!», «Пусть к нам приедет Н.С. Хрущев, мы с ним поговорим», «Да здравствует Грозненская область!» и т.п.

Толпа все прибывала и прибывала. К 23 часам к месту митинга прибыло еще несколько машин с солдатами местного гарнизона, которым вместе с милицией удалось рассеять толпу и задержать 41 активного участника беспорядков.

На следующий день к полудню на площади Ленина скопилось около 10 тысяч человек. Выступающие настойчиво повторяли свои требования – освободить товарищей, арестованных накануне. Над головами людей из динамиков слышались призывы: «Освободите арестованную молодежь!», «Вышлите чечен из Грозного!»

Около 15 часов группа демонстрантов, отделившись от основной массы, направилась в сторону Грозненского горкома КПСС. Взломав дверь, люди ворвались в помещение и устроили погром. А спустя два часа митингующие взяли штурмом и здание обкома, где, захватив десяток пишущих машинок, несколько активистов стали печатать листовки и воззвания, которые тут же зачитывались с балкона собравшимся.

Была наспех написана и обращенная к властям резолюция митинга. «Учитывая проявление со стороны чечено-ингушского населения зверского отношения к народам других национальностей, выражающегося в резне, убийствах, насилии и издевательствах, – говорилось в ней, – трудящиеся города Грозного от имени большинства населения республики предлагают:

1. С 27 августа 1958 года переименовать ЧИ АССР в Грозненскую область или же в Межнациональную советскую социалистическую республику;

2. Чечено-ингушскому населению разрешить проживать в Грозненской области не более 10% от общего количества населения;

3. Переселить передовую прогрессивную комсомольскую молодежь различных национальностей из других республик для освоения богатств Грозненской области и для развития сельского хозяйства...»

В 23 часа группа демонстрантов с красным знаменем направилась на Грозненский вокзал и задержала отправление поезда Ростов-Баку. Люди ходили по вагонам и просили пассажиров рассказать жителям других городов, что «в Грозном чеченцы убивают русских, а местные власти не принимают никаких мер». На внешней стороне вагонов появились надписи: «Братцы! Чеченцы и ингуши убивают русских. Местная власть поддерживает их. Солдаты стреляют по русским!»

(Как это похоже на то, что происходит сейчас! Антирусская власть в нашей стране в очередной раз предает наш народ! – А.С.)

Около полуночи на станции появились войска, толпу удалось рассеять, а поезд отправить по назначению. Одновременно войсковым подразделениям удалось навести порядок на площади у здания обкома. На следующий день органами милиции и госбезопасности начались интенсивные розыски активных участников беспорядков. Каждый день происходили все новые и новые аресты, число которых перевалило за сотню. В течение ближайших двух месяцев местный суд едва успевал оглашать приговоры: от года условно до 10 лет лишения свободы. Среди статей обвинения у 91 осужденного фигурировала статья 59-2 (массовые беспорядки). Так расправлялась власть с теми, кто посмел усомниться в правильности ее курса.

Коммунистические лидеры заморозили решение проблем межнациональных отношений в Чечено-Ингушетии, что спустя десятилетия обернулось кровавой драмой.»

И снова сегодня повторяется все то же самое сызнова. Новые, уже посткоммунистические кремлевские лидеры по-прежнему не желают видеть этнополитической подкладки чеченских событий, вновь наступают на старые грабли, но расплачиваются за их ошибки новые поколения русского народа! Мы уже дождались взрывов в Москве и трагедии в Беслане. Чего же еще нам ждать?! Несмотря на весь предшествующий опыт, кричащий о нашей несовместимости (некомплиментарности, как говорил Гумилев), русских снова и снова заставляют жить бок о бок с ненавидящими их чеченцами.

Не удивлюсь, если и меня за этот правдивый рассказ кто-нибудь додумается обвинить во всех грехах, в разжигании вражды к чеченцам, например. Как будто эта вражда, эта война, ярким, негасимым пламенем пылающая не одно столетие, нуждается в разжигании!

Исходя из всего вышесказанного, нужно заявить: дело не только в том, что в Чечне, начиная с 1990 года была развязана война с русским народом, сопровождавшаяся геноцидом русских. Это лишь одна сторона вопроса, хотя и она должна быть рассмотрена, ради чего мы и выдвигаем требование о создании ЧГК.

Но мы должны ясно видеть, знать и понимать: попытки заставить совместно проживать русский и чеченский народы никогда не приводила, не приводит и не может привести ни к чему хорошему.

X