Правда об «Алтайгейте»

Рубрика: Статьи

Новые фотоматериалы подтверждают наши выводы

В наше распоряжение попали еще около двухсот фотографий с места события.

Они подтверждают практически все наши выводы, некоторые вещи уточняют. А самое главное, отвечают на вопрос: почему в СМИ и в десятки интернет-ресурсов были «сброшены» якобы переговоры экипажа в последние минуты перед якобы «катастрофой», откуда вообще появились эти записи. «Родной» самописец из машины, которая на склоне Черной, был выдран. Тот, который предъявлен публике, вообще не этого МИ-8: записывай на него что хочешь и как хочешь, это просто слова, произнесенные на аудионоситель, и ничего больше.

***

На снимке ниже видно, что кожа содрана. Так обдирается кожа, когда волокут не живое, а мертвое тело.

 

 

Волокли именно тело, до его расчленения, а не часть ноги (ее волочить не требуется, ее и так можно взять, кроме того, волочить часть ноги крайне неудобно).

Волокли и кожу ободрали об поверхность явно не здесь – снег здесь нетронутый.

Далее, видно несколько иголок от елки. Здесь елки не растут, эти иголки могли попасть сюда только с телом (или частью тела).

Значит, на жесткой поверхности, по которой волокли тело, были иголки, и они зацепились за кожу или обувь.

Если мертвое тело волокли на улице, то это было не здесь – елок здесь не растет (напоминаем на всякий случай, что база гражданина Банных на границе с Хакассией находится именно в таежных горах). Если же это было в помещении, то там наверняка было празднование Нового Года, и елка стояла. 

Далее, тело волокли голое – ботинок надет без носка на босу ногу. Ни одному идиоту не придет в голову, даже по пьянке, обувать ботинок на босую ногу и лететь в 40-градусный мороз черт-те куда за архарами.

На следующем снимке

 

 

видно, что левая рука, подложенная к телу, не принадлежит этому человеку. На ней пуховый свитер (по крайней мере рукав), на теле же человека не надето ничего похожего. И ни на одном теле в «слитых» нам и кому бы то ни было фотографиях пухового свитера нет.

Здесь ясно видно, что на руке не браслет, а шрам, и он прижизненный – жертва жестко связывалась проволокой или леской еще когда была жива.

В голове не торчит стекло (сравните вот с этим снимком).

 

 

Судя по состоянию снега, снимок без стекла сделан раньше, чем снимок со стеклом. Значит, его втыкали уже здесь. Мы были правы – они таким образом развлекались. Или пытались создать видимость «катастрофы», хаотичного перемешивания людей и обломков вертолета – стекол.

На отдельных форумах высказывалось мнение, что стекло все-таки есть на всех снимках, просто при ракурсе «с ребра» оно незаметно. Может быть. Только это не меняет суть дела. На остальных снимках хорошо видно, что в месте вхождения в голову стекла нет ни капельки крови. СТЕКЛО СО ВСЕЙ ОЧЕВИДНОСТЬЮ ВТЫКАЛИ В МЕРТВОГО ЧЕЛОВЕКА, и кроме акта глумления объяснить чем-то другим это действие невозможно.  

Следующее фото (как и еще несколько снимков двигателя без лопастей) – фотомонтаж.

 

 

У брусьев-подпорок нет теней. Верхняя часть (двигатель на фоне неба) явно вырезана из другого снимка, причем весьма небрежно. Это, похоже, «левый» двигатель с того же вертолета, с которого «левый» самописец, предъявленный органам, публике и прессе. Нигде нет фото со строплением, выемкой двигателя (либо наоборот) – этих снимков нам не «слили», да их и не было.

Есть только якобы демонтаж двигателя – вот здесь.

 

 

При этом в салоне виден рыжий чемодан (мы его видели на прежних снимках, где приняли за рыжий баян, а в салоне на том месте, где сейчас чемодан, располагался автоклав). Здесь чемодан открыли. В нем находятся продукты – булка хлеба, банка сгущенки. Очевидно, что это еда для рабочих, которые заняты монтажом, демонтажем, перетаскиванием тяжестей, в общем,  манипуляциями (есть снимки, где банка вскрыта, и снимок с брошенной рядышком пустой банкой). Ранее этот чемодан был закрыт, находился в куче тел и вещей, причем, находился в самом низу, на снегу, был завален. То, что его открыли, и в нем еда, говорит о том, что «бутафорию», тела и прочее, сюда привезли и сгрузили кучей, которую потом растаскивали, что-то сжигая, что-то снимая и увозя. Еда для лиц, задействованных в погрузочно-разгрузочных работах, была привезена вместе с «грузом», именно в этом чемодане. Сейчас погрузка закончена, грузчики перенесли чемодан внутрь салона и открыли его (перекусывали в салоне – снаружи ветер; не забывайте, что на улице минус 30-40). Чемодан не мог принадлежать «героям-сидельцам» по двум причинам: во-первых, за двое суток при минус 30-40 градусах сгущенка была бы монолитом, хлеб тоже был бы заледенелым и малосъедобным; во-вторых, сгущенку и хлеб «сидельцы» и сами бы съели, если бы реально «сидеть» довелось.

Настоящий самописец с вертолета, якобы потерпевшего катастрофу, со всей очевидностью выдран из этой машины, поэтому все якобы переговоры при работающем двигателе («ниже-ниже…» и прочее, чем заполнился интернет) – фальшивка. Состояние кабины говорит именно об этом. Такие разрушения не получатся от удара и даже от многих ударов. Кабину именно разбирали и разбивали, и это видно. Вот здесь, на снимке, который вы видите ниже

 

запечатлен процесс разборки кабины, а на этом снимке

 

кабину совсем разобрали, добывая подлинный, «родной» самописец.

Обратите внимание на левый верхний угол этого же снимка. Там выгружены баулы или тюки с «грузом» (телами, вещами), балки, привезенные для манипуляций с «упавшим» вертолетом. Их только что доставили на платформе и еще не перенесли с вертолеты. Саму платформу вы увидите на снимке чуть дальше.

Состояние снега говорит: всю экспозицию «крушения» МИ-8 привозили и монтировали постепенно: сперва вертолет, потом тела, части тел и вещи – грудой, в палатке. Потом раскладывали в порядке, о котором мы написали: сперва оружие разложили, потом тела, потом баранов.

Из всех тел кровь, которая шла в момент смерти, имеется только на двух.

 

 

Их не расчленяли. Видимо, это те двое, кто были убиты ударами тупых предметов (в версии «сидельцев», ударились о землю и сломали голову и шею). Человека на первом снимке, в синем камуфляже, душили (отсюда лопнувшие капилляры под кожей на лице), при этом он сопротивлялся, и была схватка. Это было не у вертолета, потому что убитого волокли, взявшись за воротник, на весьма длинное расстояние. И совсем не факт, что это вообще было на Черной горе. Хотя случилось это, судя по одежде, не в помещении.   На этом же снимке мы видим тот самый рыжий чемодан с едой, привезенный вместе с «грузом». Здесь же предмет, похожий на детский рисунок акварелью – нарисован корабль со множеством иллюминаторов, либо на какой-то очень маленький предмет одежды в пластиковой фасовке производителя.

 

 

На следующем снимке мы видим еще несколько вещей, как-то неуместных на «вип-охоте».

 

 

Вот туфелька, явно не мужская, а женская или детская, и явно неуместная на охоте.

 

 

 

Вот ковер, юбка или передник для концертных выступлений, а также пластиковая баночка для гуаши.

 

 

Эта гуашь, кстати, совсем не обязательно могла принадлежать ребенку. Ею могли пользоваться и поганцы, инсценировавшие катастрофу здесь, на горе Черной. Очень уж картинно разрисована красным пасть архара – при полном отсутствии признаков оледенения шерсти в районе пасти (а они были бы неизбежны, если бы кровь шла из живого животного при температуре минус 30-40. И очень картинна кровь на лице человека в зеленом камуфляже на снимке выше. Крови во всей этой панораме «катастрофы» вообще крайне мало, она присутствует в единичных случаях, и именно поэтому данные случаи и вызывают вопросы.

Ну и еще несколько панорамных фото.

На снимке ниже снег практически не тронут, ни тел, ни барана, ни оружия еще нет.

 

 

Есть два мужика с пакетом и сумкой явно не охотничьей и не мужской. Баул, пока еще полный – с мелочами, которые предстоит раскладывать. И часть корпуса или что-то подобное, очень удобное для транспортировки тел и туш. Вот так ее используют по назначению – снимок ниже.

 

 

Вот здесь вещички в мешках, которые жгли – был костер, только отнюдь не в мифической «палатке».

 

 

Вот здесь любопытная деталь.

 

 

Вещички только что привезли. Палатки для «героев-сидельцев» еще нет и в помине. Выгружен, аккуратно сложен и готов к раскладке «реквизит» – вы видите ящик, что-то завернутое в ковер, множество сумок и пакетов, аккуратно поставленных впритык друг к другу. Среди них бросается в глаза что-то ярко-сиреневое. Что-то из одежды – ничего подобного по расцветке в объектив больше не попадало, это предназначено для сжигания.

А вот здесь другой, противоположный угол того же снимка.

 

 

Бригада прибыла и готова к свершениям. А по-над склоном виднеется нечто очень странное, прямоугольное, плоское. Похожее на платформу. Ничего похожего на этом месте больше ни на одном снимке нет. Это платформа и есть. Вертолет доставлялся сюда отдельно, «реквизит» отдельно. Именно на этой платформе. Поставить ближе к вертолету трудно – покатится. Поставили на ровное место выше. Разгрузили. Платформа улетела, «реквизит» остался. Изображать «катастрофу».

Обратите внимание на этот снимок.

 

 

Ни мертвых людей, ни баранов здесь еще нет. После фотосессий сюда поместят разбитую бутылку водки, разбросают продукты, и т.д., после чего зарядят информационное пространство идеей о пьянстве и пьяном дебоше на борту. А пока обе панели чисты.

 

 

А на переднем плане вы видите орудие «бутафоров-декораторов». Топорик.

 

 

На финальных снимках этого места, которые первыми были «слиты» в Интернет, на панели появятся крошки красного цвета.

На них, на этих самых панелях, этим топориком и проводились «доделочные» постановочные работы. Может, именно здесь людям конечности рубили. Может, барана половинили. А скорее всего, и то, и другое. В любом случае работа очень точная и умелая. Случайное лицо, не обладающее сноровкой в этом «ремесле», столько бы накрошило…

Те, кто не разглядел как следует орудие бутафоров, могут сделать это еще на двух снимках.

 

 

На втором снимке также запечатлена перчатка, вполне похожая на женскую – узкая, с длинным запястьем. Она же, или очень похожие перчатки, есть на других снимках.  Наверняка это утверждать мы, конечно, не можем – бывают и у мужчин узкие миниатюрные ладони, как бывают и мужчины, склонные к аксессуарам, похожим на дамские, но все же… Мы уже видели здесь немало женских вещей; одной вещицей больше – одной меньше, принципиального значения не имеет. А вот то, что топорик на двух снимках лежит под разными углами к длинному предмету, похожему на часть лопасти, – деталь очень говорящая. Она означает, что в ходе съемок топорик был в работе. Его взяли, доделали какой-то штрих в экспозиции и положили ПРИМЕРНО на то же самое место. Ошиблись на несколько сантиметров и несколько градусов: мысленно продолжите линию от края большого продолговатого предмета и увидите, что на первом снимке она не пересекается рукоятку топорика, на втором – пересекает. И еще эта деталь говорит об осознанной постановочной работе над кадрами и о сноровке, с которой подобные работы выполнялись раньше. Тот, кто брал топорик для выполнения мелкой «штриховочной» работы, знал, что место уже было снято, и автоматически постарался не нарушить уже отснятую экспозицию.  

X