Беспощадная иммунизация

Рубрика: Книги

Именно они дают тот самый процент осложнений и даже смертей при заболеваниях, которым вакцинаторы любят запугивать родителей, не уточняя при этом, о каких именно детях идёт речь.

Массовое прививание призвано ликвидировать циркуляцию возбудителей болезней в человеческом коллективе и, следовательно, снизить для больных детей шанс инфицирования и последующих осложнений.

Таким образом, здоровые дети должны подвергнуться риску дважды: сначала рискуя получить осложнения от вакцинации (как немедленные, так и отсроченные, о которых мы пока очень мало знаем), а потом — болезнь в том возрасте, когда она неизмеримо опаснее.

Вряд ли многие родители, будь они информированы, согласились бы рисковать здоровьем своих детей.

Производство вакцин и прививание являются весьма обременительными, не сказать разорительными, статьями расходов бюджета на здравоохранение, и за всё это платит, разумеется, налогоплательщик.

Для иллюстрации: прививание одних лишь школьников, и только от гепатита В, в 1994 г. в провинции Онтарио потребовало 396 млн. долларов, а во всей Канаде — свыше 1 млрд. долларов, и это, заметим, лишь «чистая» цена вакцины, не включающая транспортировку, создание постоянной «холодовой цепи», проверку сероконверсии (выработки антител), ведение дел в судах о выплате компенсаций пострадавшим от прививок и сами компенсации[21].

Даже учитывая значительно меньшую стоимость вакцин в менее развитых странах, читатели могут представить себе размеры затрат на прививки. И это — в то время, когда, например, в России далеко не везде медики располагают одноразовыми медицинскими инструментами, в больницах отсутствуют лекарства, для пациентов не находится постельного белья[22]...

За успокоительными разговорами о важности профилактики, деньги, которые могли быть вложены в реальное улучшение здравоохранения (в том числе и в лучшее лечение инфекционных больных), перекачиваются в карманы производителей и распространителей вакцин.

Прививание детей рождает не только проблему сдвигания болезни в неблагоприятный для больных возраст, но и другую, также очень важную.

Привитые в детстве, девочки лишаются возможности приобрести пожизненный иммунитет к инфекционными болезням и передать его с молоком или через плаценту своим будущим младенцам, поскольку прививочного иммунитета к фертильному возрасту очень часто не обнаруживается.

Дети, не получающие материнские антитела, оказываются не защищёнными перед болезнями, опасными в раннем младенческом возрасте — том самом возрасте, в котором, в допрививочную эру, малыши были защищены.

Единственным выходом, с точки зрения вакцинаторов, является беспрерывное снижение возраста прививаемых и количества противопоказаний ad absurdum[23].

Особый разговор должен идти о научном обосновании полезности прививок. И здесь имеются серьёзные проблемы.

Стремительное развитие иммунологии всё более склоняет учёных к мысли о том, что иммунная система устроена гораздо сложнее, чем это предполагалось в те времена, когда в конце XIX — началеХХ в. энтузиасты мастерили «на ура» всё новые прививки от всех существующих болезней.

Сейчас уже понятно, что антитела, выработку которых должны стимулировать вакцины, не только не единственный, но часто даже и не главный механизм защиты человека.

Только отлаженная работа невероятно сложной системы, всех её звеньев на всех уровнях, позволяет человеку оставаться здоровым или переносить болезни с минимальным для себя ущербом.

Противоестественное парентеральное проникновение в организм сложного биокомплекса, в котором присутствуют тяжёлые металлы (ртуть), цитотоксические яды (фенол), известные канцерогены (формальдегид), алюминий, загрязнители вакцин (например, микоплазмы или вирусы человека либо животных), вызывает очень большие сомнения, относительно безопасности такого мероприятия.

Постоянный и противоестественный «иммунный стресс», повторяющиеся «удары» по развивающейся иммунной системе могут считаться совершенно безобидными, лишь в пропагандистской прививочной литературе.

Стремительно растущая заболеваемость детей астмой и различными аллергиями, не говоря уже об онкологических и аутоиммунных болезнях, — лучшее свидетельство того, как природа реагирует на бездумное и безответственное вмешательство человека в установленные ею законы.

Вот, что пишет, например, в своём письме в Российский национальный комитет по биоэтике онкоиммунолог проф. В.В. Городилова:

«Какими бы временными ни были формы иммунопатологии, все они сводятся к нарушению баланса Т-клеточных систем, приводя функционально и структурно к многочисленным расстройствам в здоровье ребёнка.

Запас лимфоцитов постепенно истощается, и организм оказывается беззащитным перед различными антропогенными факторами. Человек стареет раньше своего времени.

Физиологическое, естественное старение — процесс постепенного затухания, увядания всех звеньев иммунной системы.

Вакцины же, ускоряют, подстёгивают процесс «расходования» лимфоцитов, искусственно приводя организм человека к преждевременному старению, отсюда старческие болезни у молодёжи.

В онкологии основополагающим служит дисбаланс между скоростью иммунного ответа и опухолевым ростом. Нарастание онкозаболевания опережает скорость размножения реагирующих на него лимфоидных клеток, направленных, кроме того, на борьбу с непрестанно поступающими антигенами — вакцинами»[24].

С этой точкой зрения вполне согласна проф. Р.С. Аманджолова, в прошлом главный акушер-гинеколог Казахстана:

«При каждой прививке — введении антигенов, минуя наружные барьеры, мы забрасываем в цитадель нашего организма троянского коня, многочисленные вражеские войска. Человек с рождения не менее двадцати раз подвергается такому коварному нападению.

При этом, он переболевает, хотя и в ослабленной форме, заболеваниями, вызываемыми введёнными вирусами и бактериями, большинством из которых, в естественных условиях, он никогда бы и не заразился.

При столь изнурительной борьбе, гибнут и собственные клетки крови. Организм быстро изнашивается, развивается дефицит ферментов...

Вот почему ряд симптомов, свойственных старческому возрасту, к примеру склерозирование тканей, онкологические заболевания, развиваются рано. Они являются следствием дефицита антител и ферментов, характерного для пожилых людей.

Подвергаемые постоянным нападкам изнутри, клетки иммунной системы сами становятся агрессорами. Они начинают уничтожать клетки собственного организма и даже ведут к развитию иммунодефицита — СПИДа»[25].

В своём докладе, прочитанном в марте 1976 г. на семинаре, финансированном Американским обществом по изучению рака (American Cancer Society), профессор вирусологии Роберт В. Симпсон заявил:

«Программы прививок против гриппа, кори, свинки, полиомиелита и т.д. могут, на самом деле, засевать людей РНК (рибонуклеиновой кислотой. — А.К.), формирующей скрытые провирусы в клетках организма.

Эти скрытые провирусы могут ... играть роль в развитии таких болезней, как рассеянный склероз, ревматоидный артрит, системная красная волчанка, болезнь Паркинсона и, возможно, рак»[26].

На той же конференции с докладом, содержавшим аналогичные выводы, выступил вирусолог Венделл Д. Винтере из госпиталя при университете Лос-Анджелеса[27].

Американский исследователь д-р Харрис Л. Култер написал целую книгу, в которой показал, что стремительно растущее число преступлений, совершаемых против личности, гиперактивность, неспособность к обучению, из-за проблем с концентрацией внимания, дислексия и пр. могут иметь связь с, так называемым, постэнцефалитным синдромом — хроническим вялотекущим воспалением головного мозга, вызванным вакцинами, в первую очередь — против коклюша[28].

Им же, в соавторстве с матерью ребёнка, искалеченного прививкой, Барбарой Л. Фишер, нынешним директором американского Национального центра информации о прививках, была написана другая обстоятельная книга о прививке DPT (АКДС), в которой была дана следующая приблизительная оценка: 12 000 случаев тяжёлого поражения нервной системы и 1000 случаев младенческих смертей, списываемых властями на синдром внезапной детской смерти (СВДС) в США ежегодно[29].

Хотя сами авторы считают это число заниженным, пусть даже оно будет в несколько раз завышенным — всё равно, эта статистика ужасает.

Это, всего лишь, несколько примеров. В книге я буду неоднократно цитировать различных учёных и специалистов, открыто высказывающихся против некоторых прививок или вакцинаций в целом.

Но их мнение игнорируется теми, кто имеет свои доходы от прививок, читай — власть имущими.

Даже если не говорить о бесчисленных постпрививочных осложнениях и болезнях, становящихся возможными, вследствие угнетения иммунной системы в «поствакцинальном периоде», большие сомнения вызывает и польза прививок, как процедуры, призванной снизить число серьёзных детских заболеваний.

Очень часто приходится слышать, что детские инфекционные болезни, возможно, безопасны, при своём обычном течении, но могут быть опасны своими осложнениями — например, энцефалитами.

Однако исследования показывают, что при снизившемся количестве энцефалитов, связанных со свинкой, корью и краснухой, ныне возросло число энцефалитов, связанных с хламидиями, вирусами простого герпеса, ветряной оспы и Эпштейна-Барра, энтеровирусами, респираторными вирусами и пр., так что, общее число энцефалитов осталось неизменным, да и случаться они стали в более раннем возрасте[30].

Лишний раз подтверждается, что «природа не терпит пустоты»: общее число опасных болезней или осложнений, предотвратить которые призваны прививки, остаётся всё тем же, да ещё дополнительно следует учесть осложнения, как непосредственный результат самой процедуры прививания.

Тревогу вызывает и беспрерывное появление новых и, при этом, крайне опасных инфекционных болезней, что некоторые исследователи связывают с вытеснением прививками вполне доброкачественных и привычных человечеству недугов.

Российский авторский коллектив пишет:

«Приходится констатировать, что, совместными усилиями, человечеству в XX в. удалось ликвидировать только одну инфекциюнатуральную оспу и получить 36 новых инфекций. Это, безусловно, неутешительная статистика»[31].

Перейдём теперь к этическим аспектам прививок.

Многие родители были бы возмущены, узнав, что вакцины традиционно испытываются на самых беззащитных и обездоленных — детях из приютов или детях беднейших слоёв населения, а также, на военнослужащих.

Были случаи, когда уже показавшие себя опасными вакцины (например, коревая, при её массовом использовании в Англии) преспокойно передавались в развивающиеся страны — не пропадать же добру! — где они продолжали калечить детей.

Ряд современных вакцин (например, от краснухи и ветряной оспы) готовится на тканях абортированных плодов, но родителям не сообщают об этом, иначе религиозные убеждения не позволили бы многим дать согласие на прививку такими вакцинами своим детям или себе.

Очень существенной этической проблемой является дилемма, которая встаёт перед врачом, работающим в государственной системе.

Многие медики, будучи неплохо осведомлены о несомненном вреде и очень сомнительной пользе прививок, не прививаются сами и не прививают своих детей.

Однако, будучи наёмными работниками государства, они должны выполнять предъявляемые к ним требования — добиваться максимального прививания, ради коллективного иммунитета, т.е., делать то, что противоречит их собственным убеждениям.

Такая ситуация не укладывается не только в какие-то специфические медицинские, но и в элементарные общечеловеческие нормы морали, которые очень точно сформулировал мудрец раби Гилель в ответе на вопрос о том, можно ли уложить весь смысл Библии в одну фразу: «Не делай другому то, чего не желаешь себе».

Для продвижения вакцин на рынке и для достижения необходимого «охвата» применяются самые отвратительные и недостойные методы, в первую очередь, запугивание родителей.

В начале XX в. известный русский педиатр Нил Филатов писал: «Если посмотреть, как наше общество относится к опасностям заразить своих детей инфекционными болезнями, то, к сожалению, нередко можем заметить проявления... панического страха в более или менее резкой форме... А ведь, эта постоянная мысль и забота, как избежать возможности заразить себя и детей, ведёт к непрестанному напряжению нервов, к волнениям, к постоянному ограничению свободы детей и в пользовании прогулками, воздухом и в диете[32]...»

Большинство из реально существовавших тогда опасных болезней (например, натуральная оспа, брюшной тиф, холера), для нынешних родителей, относится, скорее, к области преданий, но спокойной жизни им всё равно нет: вакцинаторы продолжают усердно раздувать родительские страхи и перед такими болезнями, которые раньше никто и не помышлял назвать серьёзными — свинка, корь, ветряная оспа, не говоря уже о краснухе.

Родителей терроризируют постоянными звонками из детских поликлиник с требованием прийти и сделать прививку, непривитых детей отказываются принимать в ясли, сады и школы.

Ещё один аспект массовых прививок — это властвующая в мире прививок разнузданная коррупция, которая в «политически корректной» англоязычной печати называется «конфликт интересов».

Уникальность прививочной процедуры — ещё и в её массовости. Даже самая распространённая болезнь, всё-таки, ограничена числом болеющих ею.

Такого ограничения для прививок нет, поскольку они делаются всем здоровым, часто относительно здоровым, а теперь уже и больным.

Кроме того, опасность распространения инфекции требует надзора государственного аппарата; соответственно профилактика уже начинает рассматриваться, как общегосударственная задача[33].

Неизбежно возникает совпадение интересов производителей вакцин и государственных чиновников различного ранга, в том числе и от медицины — различных «эпидемиологов» и «специалистов по детским инфекционным болезням».

Такое совпадение интересов столь же неизбежно выливается во взятки (прямые или опосредованные научными грантами, стипендиями, ценными подарками, приглашениями на «конференции» на известных курортах), протекционизм на всех уровнях и борьбу с прививочным инакомыслием, угрожающим доходам производителей вакцин[34].

Показательно, что, за исключением прививки от натуральной оспы (см. главу о натуральной оспе этой книги), практически ни одна вакцина, однажды попав в прививочный календарь, его не покинула (несколько вакцин, например, в Швеции и Японии не использовались несколько лет, но потом возвращались в календарь опять в модифицированном варианте), вне зависимости от того, какова эпидемиологическая обстановка — ставятся задачи сначала снизить заболеваемость, потом ликвидировать болезнь, а потом поддерживать иммунитет в отсутствие естественного возбудителя (об этом речь будет идти, например, в главе о кори — ликвидировав в Финляндии корь, там теперь боятся её завоза извне или... её использования, в качестве биологического оружия!).

Получается, что, как только появляется некая прививка, она фактически приходит навсегда. Список прививок растёт и, соответственно ему, растут доходы производителей и распространителей вакцин, прививочных «экспертов» и прочей, кормящейся вокруг вакцин, публики.

Здоровья у детей — всё меньше, тяжёлых болезней, встречающихся во всех возрастах, — всё больше, причём и таких, которые раньше встречались исключительно редко, если не сказать — были казуистичными (например, аутоиммунные заболевания).

Да практически никто и не стремится изучать связь прививок с ними (во всяком случае, «специалисты в вакцинологии» — последние, кто выказывает такой интерес).

Прививки являются великолепной питательной средой, на которой растут «научные исследования» уровня, на котором их выполнение доступно даже пятикласснику: берётся экспериментальная вакцина и вводится группе детей или солдат, затем измеряются появившиеся антитела — и готова публикация или диссертация[35].

Противоестественное слияние частных интересов и государственной власти угрожает не только противникам прививок, но и самым, что ни на есть, законопослушным гражданам, охотно идущим на прививки, поскольку, при фантастических доходах, лишь признание самого факта осложнений вакцинации становится крайне нежелательным, как поселяющее сомнения в безопасности этой процедуры.

При этом, не имеет значения, гарантирована или нет компенсация за нанесённый прививками ущерб — система должна обеспечить свои доходы и в будущем, а они впрямую зависят от степени общественного доверия к самой процедуре прививания[36].

Хорошим примером может служить история американской программы компенсаций пострадавшим от прививок. Разработать и ввести в действие эту программу обязаны были чиновники Департамента здравоохранения и сферы услуг (Department of Health and Human Services), согласно Закону о пострадавших от детских прививок, принятому конгрессом США в 1986 г.

Закон предусматривал, что программа позволит пострадавшим от прививок (или их родственникам либо опекунам) получать компенсацию без многолетних юридических боёв с производителями вакцин.

Предполагалось, что, с одной стороны, такой механизм позволит получать компенсацию пострадавшим от прививок, принёсшим своё здоровье или жизнь в жертву на благо всего общества, без обращения в суд, а с другой — защитит интересы производителей вакцин (чтобы те не были разорены исками).

Для первоначальных выплат конгресс ассигновал 600 млн. долларов, а затем программа должна была финансироваться из небольших надбавок на цену каждой вакцины.

Любой, считающий, что его здоровью или здоровью его ребёнка был нанесён вред прививкой, имел право подать иск чиновникам программы; те обязаны были ознакомить с материалом независимого эксперта.

К закону прилагались специальные таблицы, детализирующие, сколько и за какой ущерб следовало платить и что следовало признавать связью прививки и заболевания. Задумано всё это было неплохо, но, когда дело дошло до чиновников, получилось, как всегда.

Притом, что закон был принят в 1986 г., первое заседание неторопливого совещательного комитета Департамента здравоохранения состоялось лишь в июне 1988 г., а программа была запущена в 1989 г.

Затем, чиновники приступили к систематическому выхолащиванию закона. Хотя, целью последнего была быстрая и гарантированная (non-default) компенсация пострадавшим, чиновники Департамента повели настоящую войну на истощение против истцов, затягивая рассмотрение исков на долгие годы (в ряде случаев — до десяти лет).

Таблицы немедленно начали «корректировать» в сторону уменьшения количества безусловных указаний на связь прививок и болезней, так что истцам становилось всё труднее доказывать своё право на положенную по закону компенсацию.

Начали сокращаться выплаты на юридическое представительство истца (которые, согласно тому же закону, также должен был обеспечивать Департамент здравоохранения), что привело к тому, что истцы потеряли возможность обращаться к квалифицированным адвокатам и экспертам.

Но, мало всего этого. Вместо того чтобы привлекать, как повелевал закон, для рассмотрения исков независимых экспертов, Департамент здравоохранения стал приглашать своих собственных карманных экспертов, которые, понятно, никогда и, ни при каких обстоятельствах, не усматривали связи прививок и последовавшей болезни или смерти, списывая всё на «совпадения».

Хотя конгрессмены предполагали, чаю подавляющее большинство исков будет находить удовлетворение на уровне независимого эксперта и, лишь в исключительных случаях, потребуется разбирательство на более высоком уровне, в действительности всё получилось с точностью до наоборот — лишь в исключительных случаях компенсацию удаётся получить на этапе рассмотрения вопроса экспертом.

Почти все, без исключения, иски следуют по инстанции дальше, и тяжбы длятся годами, изматывая пострадавших от прививок или их родственников морально и материально.

Закон стал лёгкой добычей заинтересованной стороны, гарантируя неприкосновенность прививочному бизнесу, но реально ничем не помогая его жертвам![37]

Необходимо здесь ещё отметить, что, с многих точек зрения, смерть пострадавшего от прививки — намного выгоднее вакцинаторам, чем его инвалидность.

Во-первых, всегда есть шанс списать смерть на какую-нибудь «случайность», вроде синдрома внезапной детской смерти (СВДС) и вообще избежать выплаты компенсации.

Во-вторых, даже в случае доказанной смерти от прививки, родственники жертвы получают сумму около четверти миллиона долларов, и на этом вопрос считается вполне исчерпанным.

Однако, если речь идёт о необратимом поражении нервной системы, то сумма компенсационных выплат может достигать многих миллионов долларов, которые пойдут на уход за несчастным ребёнком.

Соответственно, затягивание признания связи прививки и наступившей болезни преследует своей целью просто дождаться смерти пострадавшего, чтобы платить намного меньше.

Я уже не говорю о том, что об умершем все, кроме его родственников, скоро забудут, а инвалид будет ещё долгие годы живым свидетельством «эффективности и безопасности» вакцинации, наводя других родителей на «неправильные» мысли относительно того, стоит ли им подвергать своих детей такому риску.

Свою долю в прививочном бизнесе имеют не только производители и высшие чиновники от медицины, но и практические врачи.

Так, британские доктора получают вполне ощутимую премию, при «охвате» в 70% доступного для прививок контингента и ещё более ощутимую денежную прибавку, при 90%[38].

И наоборот, в свете недавних массовых отказов британских родителей от прививки MMR, из-за её предполагаемой связи с аутизмом и поведенческими нарушениями, Министерство здравоохранения Англии планирует «бить по карману» тех врачей, которым не удаётся убедить родителей в необходимости этой прививки своим детям[39].

В Новой Зеландии Министерство здравоохранения, через суд, планировало расправляться с акушерками, предупреждающими будущих матерей об опасности прививок[40].

Поощрение за «охват» существует и в России. Так, Главный государственный санитарный врач России в 1993 г. постановил «ввести экономическое стимулирование медицинских работников за своевременное проведение и достижение высокого уровня охвата профилактическими прививками»[41].

Без тени стыда коллектив российских прививателей пишет: «Для решения задачи 95%-го охвата профилактическими прививками против полиомиелита детей в возрасте до 3 лет во всех регионах России... значительно сокращён перечень медицинских противопоказаний.

В ряде субъектов Российской Федерации успешно применяются меры экономического стимулирования медицинских работников за своевременное и полное проведение иммунизации...» (выделено мной — А.К.)[42].

И наоборот: «...все мы знаем, как наше начальство обычно ругает врачей, у которых многие дети не привиты. Их обвиняют и в равнодушии, и в неумении уговорить мать, и в других недостатках. Зачастую такого врача ругают на общих собраниях в присутствии медсестёр и других врачей. И доктор, естественно, избегает подобной ситуации, тем более, что о случаях тяжёлых осложнений он ничего не знает[43].

Это «ничего не знает» приводит нас к ещё одному важному аспекту проблемы.

Доктора, назначающие прививки, ничего не знают об осложнениях не потому, разумеется, что их нет, а потому, что с докторов снята вся ответственность и последствиями осложнений занимаются совершенно другие люди — например, реаниматологи, врачи приёмных отделений больниц или врачи, работающие в учреждениях для детей-инвалидов, врачи экспертных комиссий по установлению инвалидности, специалисты по реабилитации, работники социальных служб.

Друг с другом они практически не сталкиваются, и правая рука не знает, что творит левая.

Каждый выполняет ту работу, за которую ему платит деньги государство.

Все звенья системы — производитель, врач, прививающий детей, врачи служб скорой помощи и пр. — продуманно разрознены, так что, никто не имеет представления об истинном масштабе зла[44].

В США, например, врачи-педиатры, по закону, вообще не имеют никакого отношения к последствиям рекомендуемой (или, точнее, навязываемой) ими процедуры.

Всеми прививочными осложнениями занимаются упоминавшиеся выше чиновники Программы компенсаций пострадавшим от прививок.

Вернёмся к премированию врачей за успешный «охват».

Политика финансового поощрения — не за качество медицинской помощи, а за количество проведённых процедур — чаще всего противоречит интересам конкретного индивида, поскольку, ради денег (и, соответственно, в угоду теории коллективного иммунитета) стараются добиться невыполнимых цифр «охвата», закрывая, при этом, глаза на противопоказания, и низкое качество вакцин, а также, прививая и больных.

Эта абсурдная практика противоречит и классическому общемедицинскому принципу, согласно которому, врач должен быть заинтересован — как морально, так и материально — в здоровье доверившегося ему пациента, а не в количестве мероприятий, полезность которых определяется людьми, далёкими от реального пациента и имеющими в этих мероприятиях свои собственные финансовые интересы.

Кроме того, вакцинация одних, ради блага других, при этом, откровенно в ущерб вакцинируемым (например, уже упоминавшаяся прививка против краснухи) противоречит основополагающему принципу клятвы Гиппократа, на которой, в сущности, построен весь морально-этический кодекс медицины, а именно: интересы своего пациента превыше всего.

Поскольку принятый закон о свободе выбора в прививочном вопросе в России не работает, а родителей и врачей, знающих не понаслышке о неэффективности и вреде прививок становится всё больше, то находится и выход — взятка, за которую врач оформляет документы о проведённых вакцинациях.

Так одна коррупция рождает другую, и вовлечённым в эту бесконечную игру в «прививочную защиту от болезней» оказывается всё общество, лишний раз убеждающееся в том, что всё решают только деньги и личные связи, но, отнюдь, не закон.

Тем не менее, и работающий в полную силу закон не в состоянии решить даже существенную часть из описанных в этой главе проблем.

Дело — не в законе, не в технологических ошибках в процессе производства вакцин, не в алчности их производителей и распространителей, и даже, не в зашоренности медиков и населения, которым уже добрые две сотни лет промывают мозги мифами о «безопасных и эффективных» прививках.

Порочна, противоестественна сама концепция массовой профилактической вакцинации. Именно это я и стараюсь показать в своей работе.

Если настоящая книга заставит читателя серьёзно задуматься о происходящем в современной медицине и подтолкнёт его к поиску естественных путей сохранения и укрепления здоровья, то я буду считать взятую на себя задачу полностью выполненной.

 

[21] The 396 Million Dollar Experiment. Ottawa: The Nightingale Research Foundation, 1994. Цит. по: Diodati C. Immunization... p. 125.

[22] Российский гомеопат д-р Лев Бразоль писал в своей книге почти 120 лет назад: «...не могу обойти молчанием очередные вопросы земства «о наилучшей организации оспопрививания на суммы земских сборов». Из всех видов мотовства и расточительности это — самое безумное и отвратительное: затрачиваются ежегодно миллионы облитых кровью и потом трудовых денег русского народа на подрыв его здоровья и жизни, и еще задаются вопросом, как наилучшим образом лишить его этих священных и неприкосновенных прав за его собственные дорогие деньги» (Бразоль Л.Е. «Дженнеризм и пастеризм. Критический очерк научных и эмпирических оснований оспопрививания». Харьков, 1885, с. 140).

[23] Ныне никакая аллергия уже не преграда для прививания. А между тем в своих опытах педиатр-иммунолог из Сан-Фанциско Кевин Джерати показал, что у мышей. Из группы, никак не реагировавшей на прививку DPT (АКДС), возникали тяжелейшие реакции на ту же самую прививку после предварительного введения гистамина (вещества, во многом ответственного за аллергические реакции) и они быстро погибали в эпилептических припадках. Примечательно, что 80% детей, больных аутизмом (болезнью, связь которой с прививками ныне активно обуждается — см. главу о кори), страдают и от тяжелых аллергий. Непропорционально большое количество аллергических заболеваний наблюдается у детей и подростков с различными поведенческими нарушениями, которые также могут быть связаны с прививками. Подробно это тема анализируется в книге д-ра Харриса Култера (см. прим. 28).

[24] Червонская Г.П. «Прививки: мифы и реальность». М., 2002, с. 384.

[25] «Вопреки канонам» // Здоровье (Казахстан), июнь 2002 г.

[26] Simpson R. V. RNA-Containing Viruses in Human Can Be Transcripted Into DNA-Provimses. Интересно будет добавить здесь, что после того как это заявление стало достоянием гласности и вызвало немало шума, работа в этом без преувеличения жизненно важном направлении была Симпсоном полностью свернута... в связи с тем, что выполнявший ее исследователь покинул лабораторию. А еще говорят, что незаменимых людей нет! См.: Mendelsohn R. S. Immunizations. The terrible risk your children face that your doctor won't reveal. 1988, p. 28-29.

[27] Moscowitz R. The Case Against Immunizations // Journal of the American Institute of Homeopathy. March 1973; 76:23.

[28] Coulter H. L. Vaccination, Social Violence and Criminality. The Medical Assault on the American Brain. Wash., 1988.

[29] Coulter H. L, Fisher B. L. A Shot in the Dark. San Diego, California, 1985.

[30] Koskiniemi M. et al. Epidemiology of encephalitis in children. A Prospective multicentre study // EurJPed. July 1997; vol. 156, 7:541-5.

[31] Покровский В.И. и др. «Эволюция инфекционных болезней в России в XX веке». М., 2003, с. 631 — 632. А вот, что говорил известный французский микробиолог Гастон Рамон: «В вопросе об устранении возбудителя как вида есть философский аспект: допустимо ли вообще высокомерно считать, что будто нам все дозволено, в том числе безнаказанно ликвидировать биологические виды, которые существуют миллионы, а то и миллиарды лет? Не займут ли их место под солнцем другие, куда более агрессивные микробы?» (Бароян О. В. Закономерности и парадоксы. Раздумия об эпидемиях и иммунитете, о судьбах ученых и их труде. М., 1986, с. 83).

[32] Цит. по: Филиппов А.Н. «Гигиена детей». 4-е изд. М., 1909, с. 266-267.

[33] «Государственная политика в области иммунопрофилактики направлена на предупреждение, ограничение распространения и ликвидацию инфекционных болезней» (Закон об иммунопрофилактике инфекционных болезней РФ № 157-ФЗ от 17 сентября 1998, ст. 4, п. 1).

[34] «В телевизионном интервью один итальянский политик сказал, что сущностью мафии является не насилие, а органически присущее ей проникновение частных интересов в процесс принятия политических решений. Это то, чего надо избегать любыми средствами» (Gaublomme С. The Children's Vaccine Initiative. An open window upon global vaccination strategies // The International Vaccination Newsletter. June 1998).

[35] Многие задаются вопросом: ладно, с миром капитала всё понятно, но кто выигрывал на прививках в соцстранах? Я считаю, что именно лёгкость получения вполне весомых социальных благ через смехотворные прививочные «научные исследования» была одним из самых важных двигателей вакцинного бизнеса. Добавлю еще цитату: «Что касается методов всеобщей вакцинации, то через них могут реализовываться интересы органов здравоохранения в демонстрации своей способности решать возникающие проблемы, интересы разработчиков вакцин, их производителей, а также интересы тех, кто осуществляет закупку вакцин или их компонентов по импорту» (Тищенко П.Д. Вакцинация...). И через четыре года эхом ему ответил российский журнал, рупор прививочного дела: «Проведенная в 1996 г. прививочная кампания значительно активизировала работу и изменила отношение к вакцинопрофилактике многих медицинских работников и населения, показала возможность практического здравоохранения в решении задач общенационального масштаба» (Онищенко Г.Г. Эпидемиологическая обстановка по инфекционным заболеваниям, управляемым средствами специфической профилактики, и основные направления профилактики этой группы заболеваний в РФ // Журнал микробиологии. 1998, 1, с. 37).

[36] Кроме того, компенсации, которые приходится с боем добывать через суды, очень часто не обеспечивают даже минимальных потребностей изувеченного прививками. Например, относительно российских компенсаций: «... величина некоторых из этих компенсаций, на мой взгляд, представляется совершенно несоразмерной при чиненному вреду...», — тактично замечает в своей книге немолодой московский педиатр (Тимофеева А.М. «Беседы детского доктора». М., 2000, с. 143). Пермский школьник А.В., который в ноябре 1996 г., после сделанной в школе плановой прививки от клещевого энцефалита превратился в тяжёлого инвалида, нуждающегося в постоянном уходе, по решению суда, ежемесячно получает от искалечившей его больницы сумму, эквивалентную... примерно, 14 долларам США. У подростка были противопоказания к прививке, на которые никто не обратил внимания. Кстати, чтобы добиться и этих жалких грошей, потребовались два года разбирательства в суде, привлечение независимой экспертизы из Москвы (разумеется, местные судмедэксперты никакой вины своих коллег не усмотрели), активное участие Пермского правозащитного центра, оплатившего услуги юристов.... Как выяснилось позднее, эта серия вакцины, выпущенная томским НПО «Вирион», вызвала осложнения разной степени тяжести у 30 человек, и была отозвана.

[37] Подробнее см.: Geier D., Geier M. /. The true story of pertussis vaccination: a sordid legacy? // Hist Med Allied Scl 2002 Jul; 57(3):249-84.

[38] Tyler A. Vaccination: the Hidden Facts // London Evening Standard Magazine. September 1991, p. 74.

[39] Shaw V. Parents' anger over MMR threat to GPs // Leeds Today. January 12, 2004.

[40] Sumner-Burstyn B. Immunisation choice challenges the herd mentality // New Zealand Herald. June 26, 2002.

[41] «О массовой иммунизации населения против дифтерии» 2 февраля 1993, п. 6. Цит. по: Червонская Г. 77. «Мифы и правда о прививках» // Вакцинопрофилактика и права человека. Доклад РНКБ. М., 1994.

[42] Учайкин В.Ф., Шамшева О.В. «Вакцинопрофилактика. Настоящее и будущее». М., 2001, с. 109.

[43] Тимофеева А.М. Беседы..., с. 131.

[44] Вот письмо замдиректора Института педиатрии АМН СССР проф. С.Д. Носова начальнику Главного управления лечебно-профилактической помощи детям и матерям Минздрава СССР Л.К. Скорняковой от 11.01.1968, в котором он просит её разрешить старшему научному сотруднику инфекционного отделения В.П. Брагинской «периодически знакомиться с поступающими рекламациями на различные вакцины и проводить клинический анализ всех случаев необычных реакций и осложнений после прививок». Обоснование: «Согласно указаниям Мосгорздравотдела, в инфекционную клинику Института госпитализируются все дети с различными поствакцинальными осложнениями. Сотрудники инфекционного отделения широко привлекаются к консультациям по различным вопросам, связанным с этой проблемой, а также участвуют в составлении различных приказов, наставлений и инструкций по профилактике поствакцинальных осложнений и тяжелых реакций на прививки» (ГАРФ, ф. 8009, оп. 50, д. 76, с. 1). Приказы, наставления и инструкции, как можно понять из этого письма, составлялись Институтом педиатрии, в полном отсутствии информации о качестве вакцин, которая была доступна лишь высшим советским медчиновникам!

X