Беспощадная иммунизация

Рубрика: Книги

Эффективность

В середине 1980-х годов, имея за спиной почти пятнадцатилетний опыт прививок против кори, советские авторы сообщали: «Заболеваемость корью среди привитых против этой инфекции колеблется от 0,06% до 17%»[590].

Думаю, что эти цифры дают вполне наглядное представление о степени научности прививочных процедур, итогом которых получаются результаты, разнящиеся почти в 300 раз.

Первыми прививками против кори стали прививки убитой вакциной. Однако вследствие их неэффективности и опасности (см. ниже) от них быстро отказались и перешли на одну прививку живой ослабленной вакциной. Разумеется, делалась она под бодрым лозунгом «Одна прививка - и ты защищен на всю жизнь!» (так начинал Дженнер со своей коровьей оспой, та же история последовательно повторялась практически со всеми прививками).

Однако в 1980-х годах в США начала резко возрастать заболеваемость корью, причем от 20 до 40% случаев болезни встречались у ранее привитых. Авторы одной аналитической статьи изучили сообщения о 18 вспышках кори в США и Канаде и обнаружили, что все они происходили среди групп населения, в которых от 71 до 99,8% были привиты (например, при вспышке в Квебеке в 1989 г. заболели 1363 человека при 99 процентном привитом населении провинции[591]).

Было заявлено о парадоксальности ситуации, при которой по мере увеличения числа привитых корь все более становится болезнью вакцинированного населения. Вывод: «Из-за высокой заразности вируса и несовершенства существующей ныне вакцины следует обдумать переход от одной прививки к двум»[592].

В более позднем исследовании было сообщено, что примерно 20% привитых коревой вакциной утрачивают антитела в период от 4 до 11 лет после прививки, а потому необходима дополнительная прививка перед школой[593].

И окончательно укрепилась уверенность американцев в необходимости второй прививки после вспышки кори в Энкеридже (Аляска) в 1998 г., когда заболели 33 человека в возрасте от 2 до 28 лет, из них 17 — учащиеся одной средней школы. Всего из числа заболевших 29, согласно имевшимся документам, ранее получили как минимум одну прививку, а один — две[594].

Впрочем, и две прививки от кори, как выяснилось, отнюдь не гарантируют пожизненного иммунитета. После того как четверо сотрудников (трое из которых ранее получили две прививки от кори) одного из госпиталей заболели корью, было решено проверить состояние дел с антителами против кори у остальных работников госпиталя. Дело было в 1990 г., т.е. почти 30 лет спустя после начала массовой прививочной кампании, а потому очень многие были одно — или двукратно от кори привиты — в детстве и перед началом работы в больнице. Были обследованы 900 человек, из которых 14 (1,5%) вообще не имели антител, 338 (37,6%) имели низкий уровень антител, 372 (41,3%) имели средний уровень. Результаты, полученные у пяти (0,6%), не давали возможности однозначной интерпретации, и лишь 171 человек (19%) могли считать себя действительно защищенными, если верить в то, что невосприимчивость к определенной болезни равна высокому уровню специфических антител (что, как известно, не всегда гарантирует защиту от болезни). Не решаясь, очевидно, предложить уже третью по счету прививку, авторы статьи просто рекомендовали пользоваться респираторами при работе с больными корью пациентами, не слишком полагаясь на разрекламированную вакцинную защиту[595].

Еще одно исследование показало, что при контакте с заболевшими корью как минимум (слова авторов) 11% привитых детей и подростков в Колорадо в 1987-1998 гг. заболевали. Зачем же, спрашивается, они получали прививки, рисковали получить осложнения, если стоило появиться больному корью, как вся обещанная защита испарилась более чем у каждого десятого? Ответа на этот вопрос нет, зато нам ясно указывают на виновников продолжающихся случаев заболевания корью. Это так называемые exemptors, т.е. дети, которых освободили от прививок из-за религиозных и философских возражений родителей[596].

Откровенно подстрекательская по своему характеру статья не вызвала у редколлегии «Журнала Американской медицинской ассоциации» никаких возражений.

Однако самые удручающие результаты относительно эффективности вакцины были получены именно в тех странах, которые остро нуждались в действительно эффективных средствах спасения своих детей от кори. Так, изучение вакцины по время вспышки кори в кенийском округе Кериянга в 1985 г. показало очень невысокую ее эффективность — в среднем 43,5% среди детей в возрасте от 8 до 59 месяцев. При этом наименьшая эффективность оказалась в группе более всего рискующих тяжелыми последствиями кори, а именно детей в возрасте от 8 до 11 месяцев[597].

Автор пришел к следующему выводу: «Эти и аналогичные данные, полученные в развитых и развивающихся странах, наводят на мысль о том, что план о полной ликвидации кори преждевременен, особенно для тропиков. Ликвидация кори связана с ощутимо большим числом трудностей, нежели это было с ликвидацией натуральной оспы. Продолжающаяся передача вируса в группах с высоким процентом привитых, а также крайне низкая эффективность вакцины — лучшие тому доказательства»[598].

Ему вторили континентальные земляки из Замбии, в течение двух лет наблюдавшие за детьми, поступающими с диагнозом кори в университетский госпиталь в Лусаке. По их сообщению, 34,4% заболевших детей были привиты. Смертность среди привитых составила 6,4%, среди непривитых - 17%.

Вывод: «Хотя вакцина против кори и не может предотвратить заражения, она способна снизить смертность»[599].

Эффективность вакцины, согласно результатам изучения вспышки кори в Хараре (Зимбабве), оказалась равной 68%[600]. Что, разумеется, намного ниже декларируемой. В свете таких результатов, которые вполне можно расценить как провал, даже ВОЗ была вынуждена признать, что «данные полевых испытаний в Гвинее-Бисау, Южной Индии и Сенегале говорят о снижении эффекта коревой вакцины и увеличении заболеваемости корью с течением времени после сделанной прививки»[601].

Здесь же я хочу привести слова австралийского педиатра д-ра Арчи Калокериноса, автора двух известных книг[602] и многочисленных публикаций, работавшего среди аборигенов Австралии и в Африке и заявившего в одном из своих интервью: «Факты относительно прививок против кори в Африке извращаются. Вы не можете прививать больных и недоедающих детей и рассчитывать обмануть природу таким образом. Так вы убьете намного больше, чем это сделала бы натуральная инфекция[603] .

Существует другой путь, чтобы бороться с болезнями вроде кори. Если вы введете внутримышечно или внутривенно витамин С и дадите иную небольшую алиментарную поддержку, то девять из десяти будут спасены. Я не скажу, что все, потому что многие из этих детей так больны и истощены, что подобны растениям. Ничто не может спасти их, и с этим следует примириться. Но для нормального или для даже умеренно истощенного ребенка добавка витамина С к лечению совершит настоящий переворот, если вы сделаете это на раннем этапе болезни»[604].

Еще до появления этого интервью опытного педиатра к выводу относительно того, что избавление от кори делает детей беззащитными перед иными многочисленными болезнями, пришел другой исследователь, показавший в своей статье, что дети в развивающихся странах, получившие прививку против кори, имеют большую смертность в течение года после сделанной вакцинации[605].

Так что вполне справедливы слова д-ра Вие-ры Шайбнер: «Дети в странах третьего мира нуждаются не в прививках, а в витамине Айв улучшении питания в целом»[606].

Чтобы завершить тему прививок против кори в Африке, я сообщу, что проведенные в Сенегале (в эндемичном по кори районе) исследования обнаружили внезапные и резкие подъемы титра антител к вирусу кори при отсутствии клинической симптоматики у ранее полностью привитых против кори детей, что можно было объяснить лишь очередным заражением корью (на фоне прививочного иммунитета!) и субклинической формой течения последней. Авторы затруднились объяснить, какое значение обнаруженный ими факт может иметь для последующей передачи вируса между людьми и для определения прививочной политики в целом, и лишь пожелали, чтобы это было сделано в дальнейшем[607].

Сюда же напоследок можно добавить и другое наблюдение. Хотя адвокаты прививок утверждают, что даже в случае недостаточной эффективности вакцин те как минимум предупреждают тяжелые осложнения кори, в научной литературе имеются данные, позволяющие поставить под сомнение и этот постулат. Так, у двенадцатилетней девочки, привитой за десять лет до того живой ослабленной коревой вакциной, развился энцефалит. При этом никаких симптомов кори не было. В спинномозговой жидкости была определена геномная последовательность возбудителя, которая оказалась характерной для вируса кори. Иммуноглобулины, определенные в крови и спинномозговой жидкости, указывали на острый процесс[608].

Таким образом, и болезнь, и ее осложнения вполне могут случаться и после прививок, а «скачки» в титре антител указывают на переносимую на фоне имеющихся прививочных антител корь. Грамотные сторонники гомеопатического и натуропатического подходов в медицине безусловно оспорят при этом пользу таких форм болезни, при которых должна быть, но не появляется сыпь, как это происходит в случае кори у привитых.

С их точки зрения, это свидетельство не столько мягкости болезни, сколько неспособности организма к полноценному иммунному ответу (см. далее об атипичной кори) или извращения иммунного ответа. Корь, как заболевание, характеризуется отнюдь не примитивной схемой «проникновение вируса > симптомы болезни > выработка антител > выздоровление». Прежде чем попасть в печень, селезенку, вилочковую железу (тимус) или костный мозг, вирус размножается в органах лимфатической системы, инициируя там первичный иммунный ответ.

Первые симптомы кори, возникающие в катаральном периоде (чиханье, кашель) свидетельствуют об усилиях организма избавиться от вируса тем же путем, каким тот в него проник. Активизируются многочисленные защитные системы организма — начинается реактивное воспаление инфицированных вирусом тканей, активируются лейкоциты и макрофаги, белковые фракции сыворотки и пр. В механизме защиты задействован и гуморальный иммунитет — при появлении симптомов кори в крови уже определяются антитела, а пик болезни совпадает с максимальным титром циркулирующих антител. Однако антитела являются не только не единственной, но даже и не главной защитой от острой болезни.

Корью, да и другими так называемым детскими инфекциями, не случайно заболевают малыши — иммунная система развивается «обучением», только так она может достичь зрелости и надежно служить своему владельцу во взрослом возрасте. При парентеральном введении ослабленного вируса кори отсутствует инкубационный период, нет здоровой системной реакции организма, и он не имеет возможности избавиться от вируса ни через слизистые оболочки верхних дыхательных путей, ни с помощью сыпи. Вирус немедленно проникает во внутренние органы не подготовленного к этому организма. Фактически происходит именно то, что призвана предотвратить иммунная система.

Подменяя совокупность выработанных тысячами лет эволюции иммунных реакций механическим наводнением крови антителами и таким образом постоянно «обманывая» иммунную систему и организм в целом, мы отказываем им в возможности «тренировки» и развития и готовим почву для сниженной функции иммунитета. И все это не говоря о беспрерывном прививочном засевании организма живыми вирусами, опасность чего лишь сейчас начинает оцениваться в должной мере[609].

Исследования, проводившиеся на фоне продолжающихся прививок, выявили немало проблем, связанных с неадекватностью понимания функций иммунитета и механизмов его действия с позиций сегодняшнего дня. Так, было показано, что высокий уровень антител к вирусу кори может не иметь ничего общего со степенью реальной защиты от неё[610].

Процесс невосприимчивости к той или иной болезни невозможно свести исключительно к примитивному механистическому представлению об антителах как основе гуморального иммунитета; есть иные составляющие, нам пока что неизвестные. С другой стороны, было обнаружено, что уровень антител у успешно ревакцинированных детей может в течение всего нескольких месяцев снижаться многократно, до самого низкого уровня, так что защиты от кори не получалось и по самым ортодоксальным представлениям...[611]

И все-таки: как быть со статистикой, показывающей, например, что «уже в первые пять лет после введения массовой иммунизации смертность от кори на некоторых территориях СССР снизилась в 18-50 раз. В целом по стране ее показатель составил в 1970 г. всего 0,03 на 100 тыс. населения. Наиболее выраженное снижение наблюдалось на тех территориях, где вакцинопрофилактика проводилась качественно, с охватом прививками 85-90% подлежащих иммунизации детей»?[612]

Неужели все это лишь благодаря тому, что краснуху стали называть корью, а о многих случаях перестали сообщать, чтобы не портить отчетность, которой еще до начала прививок было велено всячески их прославлять? Я далек от слепого обскурантизма и не утверждаю, что вакцины не действуют вообще. Хотя различные статистические игры и смена «неправильных» диагнозов на «правильные» — такие же неизменные спутники прививочных кампаний, как и поствакцинальные осложнения, определенное снижение заболеваемости может быть отнесено и на счет прививок. Вопрос совершенно в другом — а нужно ли его добиваться?

Объясню свою точку зрения. Как прививки, так и любые другие массовые медицинские мероприятия должны преследовать только одну цель: улучшение здоровья населения в целом. «Допрививочная» советская смертность от кори, равная 0,23 на 100 тыс. населения — это вполне ничтожная смертность. Дня страны с населением 200 млн. человек это означает примерно 460 смертей в год — в десятки раз меньше, чем гибнет от несчастных случаев или в сотни — от онкологических или сердечно-сосудистых болезней. Конечно, любая смерть — это трагедия, и замечательно, если ее удается избежать.

Однако если для того, чтобы уберечь от смерти сотню изначально хронически больных детей, страдающих недугами иммунной системы, требуется систематически подрывать здоровье миллионов их сверстников, которым корь не грозит никакими серьезными последствиями, то стоит ли радоваться такому «обмену»?

Допустим, четыреста не умерли, а тысяча пострадала от тяжелых поствакцинальных осложнений (при этом многие остались инвалидами), десятки тысяч на долгие годы стали хронически больными — такой обмен подходит или нет? И спрашивают ли родителей прививаемых здоровых детей, согласны ли они рискнуть здоровьем своих любимых чад ради снижения заболеваемости болезнью X, Y или Z и смертности от нее по стране в целом? При этом, кстати, здоровье подрывается не только прямой прививочной агрессией, не только токсическими составляющими вакцин, не только поствакцинальными осложнениями. Те миллионы рублей, которые перекачиваются в карманы вакцинаторов, берутся ведь не из воздуха — их прямо или косвенно забирали и забирают из других статей бюджета здравоохранения.

Это значит, что не оснащаются современным оборудованием больницы, не производятся и не закупаются новые лекарства и диагностические системы, которые играют важную роль в борьбе с инфекционными болезнями, не строятся дома отдыха... Не хочу перегружать ни книгу, ни главу статистическими выкладками. Вероятно, все читатели знают, что здоровье детей в развитых странах в последние 30-40 лет стремительно ухудшается.

Как на дрожжах растет заболеваемость различными аллергиями, в том числе и бронхиальной астмой. Статистика онкологических заболеваний (особенно заболеваний крови) у детей приводит в ужас. Никто пока что не в состоянии дать объяснения, не затрагивающего прививки, стремительному росту аутизма. «Молодеют» болезни, ранее встречавшиеся практически исключительно в пожилом возрасте. А ведь больные дети — это будущие больные родители.

Бывший главный акушер-гинеколог Казахстана проф. Р.С. Аманджолова писала: «А.Ф. Соколова (сотрудник Института педиатрии АМН СССР) считает, что не делать прививки — это преступление перед детьми. Возможно.

Но надо выяснить, перед какими детьми, что является большим преступлением? Снижение инфекционных заболеваний (осложнения которых теперь можно предупредить) ценой полисенсибилизации или передаваемые потомству ее разнообразные последствия: аллергические заболевания, иммунопатологии различных органов, тяжелые проявления реакции трансплантанта против хозяина и хозяина против трансплантанта в акушерской практике, в итоге составляющие всю иерархию болезней века...»[613]

Радость по поводу снижения заболеваемости теми недугами, которые обычно протекают доброкачественно, абсурдна, если взамен мы получаем тяжелейшие, инвалидизирующие, неизлечимые болезни, подрываем здоровье миллионов!

 

[590] Сергеев В.П. Актуальные..., с. 30.

[591] Boulianne N. et al. Major measles epidemic in the region of Quebec despite a 99% vaccine coverage // Can J Public Health. 1991 May-Jun; 82(3): 189-90.

[592] Poland G.A., Jacobson R.M. Failure to reach the goal of measles elimination. Apparent paradox of measles infections in immunized persons // Arch Intern Med. 1994 Aug; 154:1815-20.

[593] Poland G.A. et al. Measles reimmunization in children seronegative after initial immunization I/ JAMA. 1997 Apr; 277:1156-8.

[594] MMWR. 1999; 47:1109-1111.

[595] Amman L.К. et al. Secondary measles vaccine failure in healthcare workers exposed to infected patients // Infect Control Hosp Epidemiol. 1993 Feb; 14:81-6.

[596] Feikin D.R. et al. Individual and community risks of measles and pertussis associated with personal exemptions to immunization //JAMA. 2000 Dec 27; 284(24):3145-50.

[597] Я не смог достать эту статью из экзотического журнала, а потому не знаю, пытался ли автор дать какое-либо обоснование этому факту. Скорее всего, это связано, как с незрелостью иммунной системы младенца, так и с материнскими антителами против кори, нейтрализующими вакцинные. При этом, вероятен обратный эффект, что и может объяснить заболеваемость корью в столь нехарактерном для этого возрасте.

[598] Kenya P.R. Measles and mathematics: control or eradication? // EastAfr MedJ. 1990 Dec; 67(12):856-63.

[599] Oshitani H. et al. Measles infection in hospitalized children in Lusaka, Zambia // Ann Trop Paediat. 1995 Jun; 15:167-72. Конечно, однозначную оценку какой-либо пользы вакцины на основании этих данных сделать трудно. Ведь неизвестно истинное число заболевших корью (регистрировались только поступившие в больницу) и причины, по которым не делались прививки. Вполне возможно, из-за тяжёлых фоновых болезней.

[600] Mahomva A.I. et al. Evaluation of a measles vaccine efficacy during a measles outbreak in Mbare, City of Harare, Zimbabwe // Cent Afr J Med. 1997 Sep; 43:254-6.

[601] Report of a meeting on research related to measles control and elimination. Geneva, March 27-29, 2000. WHO, Geneva, 2000, p. 8.

[602] Every Second Child (1974) и Vitamin C: Nature's Miraculous Healing Missile (1993).

[603] Даже при том, что недоедание характерно и для детей в некоторых бедных азиатских странах, всё же, там оно не имеет такого катастрофического размера, а потому и смертность там намного ниже, чем в Африке. См., например: Bhaskaram P. Measles & malnutrition // Indian J Med Res. 1995 Nov; 102:195-9.

[604] International Vaccine Newsletter, June 1995. Далее в интервью д-р Калокеринос отвечает также на вопрос относительно того, в какой форме следует давать витамин С. По его мнению, для профилактики болезни годятся и таблетки, но при серьёзной болезни совершенно необходимо внутривенное введение, в крайнем случае — внутримышечное. Фредерик Кленнер писал, что внутривенное или внутримышечное введение 1000 мг витамина С каждые 6 часов гарантировало от заболевания корью, а 1000 мг во фруктовом соке каждые 2 часа защищали лишь в том случае, если давались круглосуточно. Эти 1000 мг тем же способом введения и с той же частотой справлялись с корью за 48 часов. (Klenner F.R. The Treatment of Poliomyelitis and Other Virus Diseases with Vitamin С). Статья имеется на ряде сайтов в Интернете.

[605] Weiss R. Measles battle loses potent weapon // Science. 1992 October; 258:546-547.

[606] Scheibner V. Vaccination. 100 years of Orthodox Research Shows that Vaccines Represent a Medical Assault on the Immune System. Australia, 1993, p. 92.

[607] Bennett J. et al. Seroconversions in unvaccinated infants: further evidence for subclinical measles from vaccine trials in Niakhar, Senegal // Int J Epidemiol. Feb 1999; 28:147-51.

[608] Matsuzono Y. et al. Measles encephalomyelitis in a patient with a history of vaccination // Ada Paediatrjpn. 1995 Jun; 37:374-6.

[609] Moscowitz R. The Case Against Vaccinations // American Institute of Homoeopathy Journal March 1993. Там же автор заявил, что лучшее, что можно сделать для детей, — это предоставить им возможность заразиться и переболеть корью и свинкой в возрасте 6-7 лет и предотвратить, тем самым, возможные проблемы в будущем.

[610] Bellanti J.A. Biologic significance of the secretory gamma A immunoglobulins. E. Mead Johnson Award Address // Pediatrics. 1971; 48(5):715-729.

[611] Black F.L. et al. Inadequate immunity to measles in children vaccinated at an early age: effect of revaccination // Bull WHO. 62 (92) :315-319.

[612] Покровский В.И. Эволюция..., с. 269.

[613] Аманджолова Р.С. и др. «О тревожных результатах наших исследований» // Вакциноп-рофилактика и права человека. Доклад РНКБ. М., 1994.

X