Беспощадная иммунизация

Рубрика: Книги

Заключение

Думаю, что, прочитав эту главу, читатель захочет спросить: хорошо, что же вообще представляли собой эти самые болезни, прививание которых человеку якобы защищало его от натуральной оспы? Забавно, но, похоже, четкого ответа на этот вопрос нет. Вся эта история с лошадиным мокрецом и коровьей оспой с самого начала была тесно связана с корыстными выдумками Дженнера, несколько раз менявшего свои взгляды на природу и свойства коровьей оспы в зависимости от того, что можно было удачнее «сбыть» публике, а потому, по точному выражению проф. Крейтона, никогда не говорившего прямо, если можно было быть скрытным и туманным.

Начнем с так называемого лошадиного мокреца (horsegrease), болезни лошадиной бабки, которую Дженнер в первом и самом главном своем эссе 1778 г. объявил «источником истинной коровьей оспы». Мысль о прививании вонючего гноя с лошадиных копыт была принята публикой столь недружественно (особенно отговаривали Дженнера от этой идеи д-ра Вудвиль и Пирсон в Лондонском инокуляционном госпитале), что с 1799 г. и далее Дженнер не обмолвился о ней более ни единым словом, переключившись на уникальную «самозарождающуюся» коровью оспу. Проф. Д. Бэксби дает в своей книге лаконичные сведения о тех заболеваниях лошадей, которые могут рассматриваться в качестве имеющих отношение к вопросу о натуральной оспе и защите от неё[159].

Я лишь вкратце суммирую эту информацию. Существует очень много неточностей в описаниях различных лошадиных болезней и в их названиях. Если предположить, что Дженнер говорил о той болезни, что называется мокрецом и в наши дни, то она не имеет никакого отношения к натуральной оспе и в целом к семейству вирусов Poxviridae, к которому относятся разные «оспенные» вирусы. Эта болезнь возникает у лошадей, которые содержатся в условиях повышенной влажности и имеют постоянный контакт с грязью. При улучшении условий содержания эта болезнь, предположительно вызываемая грибком Dermathophilus congolensis, проходит бесследно. Под болезнью же, называвшейся в ХIХ в. лошадиной оспой (horsepox), ныне понимают совершенно другую болезнь, также не имеющую никакого касательства к интересующему нас предмету, а именно лошадиную экзантему, вызываемую вирусом герпеса.

Сейчас трудно сказать, откуда именно брали вакцинаторы свой «чудодейственный» материал и насколько можно верить их рассказам о невероятных успехах в защите от натуральной оспы с помощью лошадиного мокреца. Бэксби предполагает, что тем не менее в XIX в. существовала некая другая, истинная лошадиная оспа, предположительно вызывавшаяся вирусом из того же семейства Poxviridae, подсемейства Chordopoxviridae и вида Orthopoxviridae, при этом невесть откуда бравшимся - вероятно, так же как и в случае с коровьей оспой (см. далее), источником становилось «неизвестное маленькое дикое животное» (some unknown small wild animal)[160], усердно поставлявшее нужные вирусы домашним животным.

Отдавая дань ловкости этого неуловимого маленького хитреца[161], уже два века умудряющегося скрываться от исследователей, я хотел бы лишь обратить внимание читателей на то, что именно с появлением на сцене вирусологических исследований истинная лошадиная оспа, чем бы она ни была, словно по роковому совпадению исчезла и никогда больше не появлялась. Последняя вспышка этой болезни, со слов Бэксби, была зарегистрирована в 1901 г. и двумя годами позднее описана д-ром Ф. Блэксоллом[162] (бывшего, кстати, директором английского Правительственного института прививочных лимф, открывшегося в 1899 г.), да и в том описании не было ничего важного.

Известно, что при контакте с рукой человека она вызывала язвы, сходные с теми, которые вызывала коровья оспа. Д-р Джон Лой из Йоркшира экспериментировал с лошадиной оспой, прививая ею сначала коров, а потом уже детей, в том числе и друг от друга, и инокуляционный тест у него неизменно показывал, что они защищены. Об этом он сообщил в своей статье «Отчет о некоторых экспериментах по выяснению источника коровьей оспы» в 1801 г.[163] Он послал ее копию Дженнеру; тот одобрил эти изыскания и заявил в одном из частных писем, что «они убедительно подтверждают мои ранние высказывания».

Однако к тому времени, какя сказал выше, Дженнер навсегда решил отказать лошадиному мокрецу в каком-либо участии в своей теории, и никакого дальнейшего развития дело не получило, хотя Дженнер и потом использовал лошадиную оспу наравне с коровьей. Поскольку сама эта болезнь была достаточно редкой и практически никогда не служила источником прививочныхлимф[164], никакой объективной интерпретации результатов нескольких сомнительных по качеству экспериментов восторженных исследователей сейчас быть уже не может, а самой болезни более не существует, то всю историю с лошадиной оспой можно признать слишком туманной и не слишком достоверной, хотя и в цитируемой книге, и в более поздних своих работах проф. Бексби заявлял, что вирус вакцины происходит именно от той самой (таинственной и так вовремя исчезнувшей!) лошадиной оспы. В первую очередь возникает вполне логичный вопрос о причинах этого поспешного исчезновения «правильной» лошадиной оспы. Неужели из-за того, что перевелись загадочные «неизвестные маленькие дикие животные», не дожидаясь, когда они станут предметом беспристрастного научного изучения?

Но что же с заветной коровьей оспой? Не желая утомлять читателя деталями, которые могут представлять интерес лишь для специалистов, я, как и в случае с лошадиным мокрецом, лишь суммирую нынешние представления по этому вопросу (которые до сих пор являются предметом дискуссии).

То, что в XIX в. и ранее именовалось коровьей оспой, может быть проявлением нескольких совершенно различных болезней, в том числе чаще всего встречающейся паравакцинии, вызванной парапоксвирусом, которой нередко заражаются от скота фермеры[165], коровьей оспы (вирус которой, как и вирус натуральной оспы, относится к тому же виду Orthopoxviridae), а также бычьего герпеса и нескольких видов бородавок.

Коровья оспа, несмотря на свое название, на самом деле не является болезнью коров (ею, так же как и коровы, заражаются представители семейства кошачьих, а также слоны, носороги, муравьеды, окапи; описано заражение коровьей оспой домашней собаки), но кто является истинным хозяином этого вируса - неизвестно (см. выше, о «неизвестном маленьком диком животном»). Человек в целом очень мало восприимчив к этой болезни (так, в Англии регистрируется один-два случая в год)[166], причем в половине случаев заражение происходит вовсе не от коров, а от кошек.

Увидел ли Дженнер настоящую коровью оспу или позднейшее обнаружение этой болезни как вызываемой вирусом того же семейства и вида было простым совпадением, останется загадкой. Коровья оспа у домашнего скота традиционно была столь редким явлением, что на всем протяжении ХIХ в. никогда не служила хоть сколько-нибудь надежным источником прививочного материала.

Сам Дженнер, сделав всего несколько успешных (с его собственных слов) прививок, быстро утратил этот источник и через некоего студента-ветеринара по фамилии Тэннер, ассистировавшего д-ру Вудвилю в уже упоминавшемся Лондонском инокуляционном госпитале, получил какой-то весьма подозрительный материал из пустул пациентки по имени Энн Бампас, которая вскоре после прививки коровьей оспы заболела самой настоящей натуральной оспой[167].

Именно лимфа, полученная Вудвилем из лондонского коровника в Грэйс Инн Лейн и, очевидно, зараженная в его госпитале натуральной оспой, в том числе и от Энн Бампас, дала начало многим европейским лимфам (в том числе и использовавшимся Дженнером). Проследить их судьбу трудно, но, вне всякого сомнения, то, что в течение всего ХIХ века зачастую выдавалось за прививки коровьей оспы, было не чем иным, как старыми добрыми инокуляциями, с примесью коровьей оспы или без нее не суть важно.

Редкость самой болезни, т.е. этой настоящей коровьей оспы, и еще большая редкость инфицирования ею человека заставляют задуматься над тем, что же Дженнер, Вудвиль и другие действующие лица принимали за коровью оспу. Очень вероятно, что не человек заражался коровьей оспой от коров (как в силу своей малой восприимчивости к вирусу коровьей оспы, так и в силу редкости самой болезни), а коровы заражались натуральной оспой от человека (например, от кого-то из недавно инокулированных работников фермы), а потом уже ослабленной натуральной оспой вновь заражался кто-то из ухаживавших за скотом. Это объясняет, почему пустулы возникали только у коров (а не у быков и телят), и только на вымени - ведь с ним и соприкасались руки свежеинокулированных дояров и доярок. Хотя такое развитие событий вряд ли было очень частым, все же вероятность его была намного выше вероятности заражения человека настоящей коровьей оспой.

В свое время вопросом относительно возможности заражения коров человеческой натуральной оспой занималась так называемая Лионская комиссия во главе с д-ром Шаво, опубликовавшая свой отчет в 1865 г. Хотя коровы и не заболевали типичной натуральной оспой (по ироничному замечанию проф. Крейтона, с таким же успехом можно было пытаться превратить конский каштан в каштанового коня), тем не менее пустулы получать все же удавалось. Логично предположить, что точно такая же история могла быть не только с коровами, но и с лошадьми, бабки которых могли заражать недавно инокулированные конюхи (которые в те времена, кстати, занимались и дойкой коров, так что могли переносить инфекцию и с вымени коров на бабки лошадей). Полагаю, что частичным подтверждением этой гипотезы может быть описывавшийся гомеопатами успех в лечении натуральной оспы нозодами Malandrinum (из лошадиного мокреца) и Vaccininum (из коровьей оспы).

Если все это так, то круг замыкается. Никаких оригинальных прививок новой болезни не было - речь шла всё о тех же инокуляциях в различных их модификациях (вирус проходил через коров, лошадей, потом через людей) . Да, он терял свойство вызывать типичную натуральную оспу. Однако невозможно отмахнуться от факта, который ряд исследователей со статистикой в руках доказывали, что прививки предрасполагают к последующему заболеванию натуральной оспой, не говоря уже о бесчисленных документированных фактах позорного провала обещанной «защиты», которые вакцинаторы традиционно пытались списывать на что угодно, лишь бы не поставить под удар, говоря словами д-ра Седильо, «неприкосновенную святыню», какой является сам оспопрививательный обряд[168].

После того как тысячи и тысячи спасаемых от натуральной оспы были заражены сифилисом и иными столь же малоприятными болезнями при методе переноса материала «от руки к руке», в разных странах постепенно пришли к необходимости (несмотря на яростное сопротивление некоторых вакцинаторов, все еще пытавшихся отрицать очевидное) отказаться от гуманизированной лимфы в пользу телячьей лимфы или метода ретровакцинации. Дня получения такой лимфы теленку вносилось содержимое оспенных пустул больного натуральной оспой человека, а когда на животном вызревали десятки оспенных пустул, жидкость бралась из них и фиксировалась глицерином. Никакого отношения к коровьей оспе, разумеется, эта процедура не имела. Это опять-таки была инокуляция, хотя и модифицированная - ослабление достигалось прохождением вируса оспы через животное. Позднее теленку стали вносить разные штаммы вируса вакцины, о котором необходимо сказать несколько слов.

Когда в конце 1960-х годов были проверены прививочные штаммы, использовавшиеся в ряде стран, то было обнаружено, что некоторые из них (это следовало из структуры ДНК) явно имели своим предшественником вирус variola, т.е. вирус, вызывающий натуральную оспу у человека. Такая практика «человек-теленок-человек» (ретровакцинация) с различными модификациями была распространена до конца 1930-х годов, когда ливерпульским бактериологом Алленом Уолтером Доуни (1901-1988) был обнаружен так называемый вирус вакцины - третий в дополнение к двум уже известным нам вирусам из вида Orthopoxviridae (коровьей и натуральной оспы; последний, кстати, был окончательно идентифицирован лишь в 1947 г.) семейства Poxviridae. Именно его штаммы лежат в основе всех нынешних противооспенных вакцин. Происхождение этого вируса неизвестно, но предполагается, что он является гибридом коровьей и натуральной оспы. Взаимоотношения трех представителей одного семейства достаточно сложные и не всегда укладываются в традиционные представления о «перекрестной защите» (если вообще верить в универсальность зашиты такого рода). Так, прививка оспенной вакцины, основанной на вирусе вакцины, не защищает от инфицирования коровьей оспой, «хотя, возможно, и делает проявления болезни мягче»[169] (опять это неизменное «мягче!»).

Итак, «темна вода во облацех». Что именно открыл Дженнер, да и открыл ли он что-то вообще? Вряд ли кто-то может дать ответ на этот вопрос, потому что мы не знаем, с чем он и его последователи имели дело. Если все, что обнаружил Дженнер, это следы натуральной оспы человека на вымени коров (что вероятнее всего и что, я предполагаю, так и было), то приходится отказать ему даже в минимальных почестях. Оставим всё это, однако, под вопросом. Но отвратительные, безнравственные эксперименты на детях, научная недобросовестность, корысти ради[170], сокрытие нежелательных доя продвижения бизнеса фактов[171] и безмерная алчность «благодетеля и спасителя человечества» вряд ли могут вызывать какие-либо сомнения у непредубежденного читателя.

Завершая эту главу, вернемся к главному вопросу: какова же была роль прививок в искоренении натуральной оспы? Точный ответ мог бы дать только следующий фантастический сценарий: изобрести машину времени, отправиться в прошлое и каким-то образом помешать Дженнеру объявить об открытии средства, на всю жизнь спасающего от натуральной оспы. Вполне возможно, что тогда исчезновение оспы человечество увидело бы намного раньше, чем это произошло вместе с прививками (как фактически исчезла чума, но с натуральной оспой это сделать, вероятно, было бы еще проще, так как натуральная оспа - это антропоноз, т.е. болезнь лишь человека).

Однако машины времени у нас нет. Значит, остается проанализировать имеющиеся факты. Провалы оспенных прививок на протяжении всей истории прививочной борьбы человека с натуральной оспой хорошо документированы независимыми наблюдателями в разных странах - в настоящей главе я привел лишь самую незначительную часть из наиболее известных. В тех странах, которые полагались исключительно на одни прививки, ничего кардинально не меняя в сфере гигиены и санитарии (Япония, Мексика, Англия до последней четверти ХХ в. и др.), натуральная оспа не только никуда не исчезала, но оспенные эпидемииусиливались и становились чаще, забирая, по мере всё большей «привитости» населения, всё больше жертв.

Когда ВОЗ, принципиально игнорировавшая имевшийся опыт, упрямо старалась ликвидировать натуральную оспу одними прививками, она быстро убедилась в полном провале этого плана, после чего была вынуждена фактически перейти к лейстерскому методу - ранней изоляции заболевших и наблюдению за контактировавшими с ними. Однако это был ухудшенный вариант, поскольку он включал прививки контактировавшим с заболевшими оспой, чего в Лейстере практически не делалось. Если проецировать успешный опыт Лейстера, частично предсказанный д-рами Хейгартом и Симпсоном, на весь мир, то прививки можно смело выбросить - в них просто не было никакой необходимости.

С другой стороны, перед нами примеры не только Лейстера, но и стран, где прививки против натуральной оспы либо не требовались по закону вообще, либо процент привитых был традиционно настолько невелик, что и по самым заниженным вакцинаторским меркам ни о каком коллективном иммунитете не могло идти и речи. Впрочем, всё это имеет значение лишь в том случае, если мы верим, что прививки защищают на практике, а не на страницах престижных научных журналов. Ясно одно: не будь прививок - были бы сохранены жизни десятков тысяч жертв поствакцинальных осложнений, не были бы разрушены жизни еще сотен тысяч, ставших после прививок инвалидами, и жизни членов их семей...

Глава об истории натуральной оспы была бы неполной, если бы я не упомянул о научной гипотезе, связывающей с прививками против натуральной оспы СПИД. 11 мая 1987 г. на первой странице лондонской «Тайме» появился большой материал подзаголовком «Прививки против натуральной оспы запустили вирус СПИДа». Советник ВОЗ, пожелавший сохранить анонимность, заявил в своем интервью «Тайме»: «Я считал эту связь чистым совпадением, пока не были получены последние данные относительно возможных реакций на оспенную вакцину. Сегодня я полагаю, что теория, связывающая эту вакцину и СПИД, объясняет внезапное появление последнего». В пользу этой теории, по мнению эксперта ВОЗ, говорит следующее: 1) Семь африканских государств, наиболее страдающих от СПИДа, - это именно те семь стран, в которых наиболее активно проводилась кампания по прививанию от натуральной оспы. 2) Бразилия, единственная страна в Южной Америке, в которой проводились массовые прививки против оспы по программе ВОЗ, имеет самый высокий уровень заболеваемости СПИДом 3) Дети из стран Центральной Африки в возрасте младше 11 лет (т.е. не прививавшиеся против натуральной оспы) имеют меньшую заболеваемость СПИДом 4) Факт, что в Африке СПИД не делает различия между полами, в то время как в западных странах им болеют в основном гомосексуалисты, может быть объяснен следующим образом. Около 14 тыс. гаитян, работавших в Африке под эгидой ООН, получили там прививки против оспы. Они вернулись на Гаити как раз в то время, когда Гаити стал излюбленным местом развлечений сан-францисских гомосексуалистов 5) Возбудитель СПИДа, который ранее считался учеными «слабым, уязвимым и медленным», приобрел в африканских странах новые, агрессивные черты, что можно объяснить способностью живых вирусов (полученных с прививками против натуральной оспы) пробуждать к жизни дремлющие вирусы, в частности и вирус СПИДа. Когда «Тайме» обратилась за разъяснениями к д-ру Роберту Галло, идентифицировавшему вирус иммунодефицита человека (ВИЧ), вызывающий СПИД, то он ответил: «Связь между программой ВОЗ по искоренению натуральной оспы и эпидемией СПИДа в Африке - интересная и важная гипотеза. Я не могу утверждать, что всё было именно так, но я давно уже говорю о том, что использование живых вакцин - как например, вакцина против оспы - может активировать дремлющую инфекцию, такую, как ВИЧ»[172].

Представляет ли всё написанное в этой главе исключительно исторический интерес? Отнюдь. Хотя угрозы натуральной оспы больше не существует, иным вакцинаторам не лень бросить идею о новом массовом оспенном прививании - то в свете ими самими же придуманной угрозы оспенного биотерроризма, то в свете местных вспышек инфекций, связанных с другими вирусами вида Orthopoxviridae. Когда американцы в 2002 - 2003 гг. пытались планово привить полмиллиона работников служб здравоохранения и спасения, то на прививки согласились лишь 39 тысяч, причем трое поплатились за это жизнью, и еще несколько десятков - лечением в реанимационном отделении. Несколько военнослужащих, привитых от натуральной оспы, наградили контактной вакцинией своих жен и детей.

А вот одно из сообщений, повторенных 21-22 февраля 2002 г. во многих российских СМИ: «Как полагает директор НИИ вирусологии имени Ивановского академик РАМН Владимир Львов, есть достаточно оснований, чтобы ввести в России поголовную вакцинацию от этой болезни. Об этом, как передает РИА "Новости", он рассказал во вторник на коллегии Минздрава. Академик отметил, что хотя оспа и ликвидирована как болезнь, ее возбудитель в природе остался. В африканских джунглях в последнее время регистрируется так называемая "обезьянья оспа", которая, по сути дела, является "оспой, передаваемой через мелких грызунов, обитающих на этом континенте". Возбудитель оспы, передаваемый грызунами, был обнаружен и в нашей стране, в частности на Кольском полуострове, в Заполярье, в среднеазиатской пустыне. По словам Владимира Львова, в мире сейчас существует огромное количество природных очагов, в которых может произойти адаптация к передаче оспы человеку. В связи с этим академик отметил, что он совершенно убежден, что нужно начинать массовую вакцинацию. Правительство США, по его словам, уже закупило 100-300 миллионов доз вакцины для иммунизации населения. Академик отметил также, что наилучшие результаты достигаются при вакцинации детей»[173].

Не спешите назвать это сумеречным бредом, мои информированные читатели. Российские вакцинаторы настолько уверены в том, что раз появившаяся вакцина не может исчезнуть навсегда, что ныне разрабатывают новую адскую смесь: вакцина против натуральной оспы вместе с вакциной против гепатита В. Одна вредная и бессмысленная вакцина будет скомбинирована с другой, не менее вредной и еще более бессмысленной. Как вам понравится вот это: «Российскими учеными из новосибирского научного центра "Вектор" разработан новый, модифицированный вариант вакцины против оспы». Об этом... заявил заместитель директора ГНЦ вирусологии и биотехнологии «Вектор», член-корреспондент РАН Сергей Нетесов. «В центре "Вектор" получен пока лабораторный вариант вакцины на культуре клеток вируса оспы», - уточнил ученый. При этом новый вариант вакцины может одновременно защищать человека и от оспы, и от гепатита В. «Россия и сейчас защищена против оспы - на случай эпидемии в стране есть достаточный запас противооспенной вакцины, но она в ряде случаев вызывает различные болезненные реакции у человека, вплоть до смертельных случаев», - рассказал Нетесов. «То, что сейчас разработано нашими учеными, не является радикально новой вакциной против оспы, но она более безопасная, вызывает значительно меньше побочных реакций в организме», - заявил замдиректора Центра вирусологии и биотехнологии. «Теперь эта вакцина должна пройти аттестацию на животных в Государственном контрольном институте им. Тара-севича, а затем клинические испытания на безвредность и переносимость на людях. Ученые считают, что по своим параметрам она вполне может быть использована для иммунизации...»[174].

Не могут смириться специалисты из далекого «Вектора» с тем, что втуне пропадают заботливо сохраняемые и выращиваемые ими вирусы натуральной оспы, ищут применения им и своей кипучей энергии. Выходит, рано радовались те, кто считал, что вместе с натуральной оспой в Лету кануло не меньшее, а то и большее проклятие - прививки от нее?

Люди... будьте бдительны!

 

[159] Baxby D. Jenner's smallpox vaccine. The riddle of vaccinia virus and its origin. 1981, p. 171-178.

[160] Там же, р. 178.

[161] Его роль в более поздних публикациях была отведена, например, сусликам Туркмении и мышам Восточной Европы. Однако в Западной Европе, где и происходили все главные прививочнооспенные чудеса ХIХ в., обнаружить его у грызунов так и не удалось. См.: Benett M., Baxby D. Smallpox // / Med Microbiol. 1995; (45):157-158.

[162] Blaxall F. R. Report on equine variola. In Annual Report of the Local Government Board, 1901-2 (London: HMSO, 1903), p. 568-9. Цит. по: Baxby D. «Jenner's...», p. 178.

[163] LoyJ. An Account of Some Experiments on the Origin of the Cow Pox. London, 1801. Цит. пo: Ibid., p. 176.

[164] Так, проф. Эдгар Крукшенк писал, что «прививочные лимфы, происходящие от болезни лошадей, почти совершенно неизвестны медикам». (Crookshank Е.М. «History and pathology of vaccination». London, 1889, vol.1, p. 394. Цит. по: Razzel P. «The Origin of Vaccinia Virus» - A Brief Comment // Soc Hist Med. 1999 Apr; 12:1, p. 141).

[165] Хотя этот вирус относится к тому же семейству, но к совершенно другому виду, и ни к какой защите от натуральной оспы - истинной или мнимой - отношения иметь не может.

[166] Отсюда еще и тот вывод, что Дженнер, при всём желании, не мог набрать достоверного количества пострадавших от коровьей оспы в одном месте.

[167] Студент с бесценным грузом был срочно отправлен к приятелю Дженнера Маршаллу в Истингтон, чтобы там увеличить запас лимфы. Потом Дженнер, вполне в своём духе, заявлял, что эта лимфа и есть настоящий, им самим полученный материал коровьей оспы!

[168] «Иногда приводятся данные, на первый взгляд говорящие о неэффективности прививок. Танавала (Thanawala, 1956) указывает, что в Индии средняя летальность у вакцинированных больных равна 16,7%. Однако слабая результативность прививок объясняется несоблюдением сроков ревакцинации и плохим качеством вакцины. Из 121 заболевшего оспой американского солдата во время одной из вспышек в Корее умерло 25. Вспышки и эпидемии последних лет в Пакистане протекали с громадной летальностью, доходившей до 40-50%. Анализ этих и аналогичных по тяжести течения вспышек и эпидемий позволяет выявить причину высокой смертности. Как правило, она объясняется отсутствием прививок, нарушением правил ревакцинации или неполноценностью вакцины и условий ее хранения». (Гальперин Э.А. «Клиника...», с. 17). Было бы желание, а объяснение всегда найти можно...

[169] Baxby D. Indications for smallpox vaccination: policies still differ // Vaccine. 1993; 11:395-396.

[170] Даже вполне лояльный к Дженнеру Бэксби признает, что Дженнер должен был отлично знать: прививание той же болезни, от которой призвана защитить привив ка, т.е. инокуляция, не дает не только пожизненной, но даже и доказанно надежной защиты (случаи, когда инокулированные позднее заболевали самой что ни на есть типичной натуральной оспой, отнюдь не являлись единичными и были прекрасно известны и Дженнеру). Таким образом, никаких оснований думать, что близкое заболевание окажется более эффективным, чем то же самое, у него не было. Тем не менее он утверждал, что коровья оспа дает не просто защиту, а пожизненную защиту, сознательно вводя слушателей в заблуждение (а ведь благодаря этому заблуждению он получал деньги от парламента!). Кроме того, Дженнер подчеркивал сходство возникающих после инокуляции и при коровьей оспе элементов на коже, что также было неверно - они достаточно разнились (на это позднее было совершенно определенно указано д-рами В. Вудвилем и Дж. Пирсоном, экспериментировавшими в Лондонском инокуляционном госпитале). В поисках оправдания Дженнера Бэксби предполагает, что таким образом Дженнер пытался привлечь к своей идее инокуляторов. (Baxby D. Edward Jenner's role in the introduction of smallpox vaccine // Vaccinia..., p. 62). Если это так, то это - свидетельство еще одной умышленной лжи Дженнера; если же он элементарно не мог различить вполне очевидное, то как же быть с расхваленной научной добросовестностью «спасителя»?

[171] Так, в своем письме к другу и биографу Дж. Муру Дженнер в 1810 г. вспоминал: «Когда я обнаружил, что д-р Вудвиль намерен опубликовать сообщение о наблюдавшихся в его госпитале воспалительных сыпях (после прививок коровьей оспы. - А.К.), я упросил его в самых энергичных выражениях, как письмом, так и в личной беседе, не делать этого, так как это может сильно повредить прогрессу прививок». Ну как можно после этого упрекнуть прусских врачей или Н.Ф. Гамалею, заявлявших о полной безопасности прививок коровьей оспы? Не такому ли подходу учил их духовный отец?

[172] Mendelsohn R. S. «Immunizations. The terrible risk your children face that your doctor won't reveal». 1988, p. 66-67 и James W. «Immunization: The Reality Behind the Myth». 1988, p. 124-125.

[173] Сообщение Lenta.ru от 22.02.2002. При этом другие российские вакцинаторы, невзирая на «рассказы академика», придерживаются диаметрально противоположного мнения, подкрепляя свою точку зрения ссылкой на ВОЗ: «На основании наблюдений эксперты ВОЗ заключили, что вирус обезьян не представляет опасности с точки зрения эпидемического распространения инфекции. Был сделан общий вывод о том, что животные не являются хранителями натуральной оспы человека... с помощью генно-инженерной технологии было установлено, что вирус оспы человека нельзя получить из вируса оспы обезьян, поскольку различия между молекулами ДНК вирусов оспы выражены значительно и делают невозможным трансформацию одного вируса в другой». (Учайкин В.Ф., Шамшева О.В. «Вакцинопрофилактика. Настоящее и будущее». М., 2001, с. 84-85). Вся эта милая возня вокруг вирусов «оспенной» группы заслуживала бы публикации исключительно в журналах числом подписчиков в сотню-другую человек, но от результатов ее зависит здоровье, а то и жизнь миллионов людей, которым могут быть навязаны очередные «необходимые» прививки во имя доходов кучки забывших честь и совесть интересантов.

[174] Сообщение РИА Новости от 02.04. 2004. Сюда же: «Заслуживает серьезного обсуждения вопрос о возобновлении вакцинации против оспы, но вакцинами новых поколений, скорее всего поливалентными. В России проводятся работы по подготовке возобновления вакцинации против оспы». (Покровский В.И. «Эволюция...», с. 644-645).

X