Код Ельцина

Рубрика: Книги

Оппозиция

Однако люди толпы знают и уверены в том, что в России есть и некая оппозиция, т. е. люди, которые, якобы, хотят нынешнюю власть заменить собой и этим осчастливить народ России. И если об АВН и ее целях все СМИ, кроме «Дуэли» глухо молчат, то оппозиция все же в том или иной качестве мелькает на экранах. Это, прежде всего, «политики», такие как Зюганов и Рогозин, Глазьев и Анпилов, Хакамада и Лимонов, которые может и хотели бы прожить остаток жизни незаметно, как Гусинский, но положение оппозиционеров обязывает их время от времени делать некие «решительные заявления». У оппозиции есть довольно разветвленная сеть газет с идеологами оппозиции во главе. Это, в первую очередь, «Советская Россия» с Чикиным и «Завтра» с Прохановым, и это чуть ли не с полсотни изданий, начиная от «Генеральной линии» Лимонова (в девичестве «Лимонка»), до «Нашего отечества» Щекотихина.

И у оппозиции есть миллионы избирателей, наивно полагающих, что если голосовать за оппозицию, то что-то изменится. Это толпа и (как и толпа по другую сторону несуществующих баррикад) оппозиционная толпа уверена, что Зюганов или Лимонов действительно хотят стать президентами и что-то в России изменить. Такое мнение у толпы, а толпа ведь уверена, что она не может ошибаться. Поэтому невозможно объяснить толпе, что всем этим «оппозиционерам» уже дано ничего не надо, что они уже давно довольны тем, что имеют. Они уже устроились. Кто-то устроился на рынок торговать «бананами в шоколаде» с мечтой когда-нибудь купить собственный киоск, нанять молдаванку за прилавок, а самому только присматривать за делом. А у оппозиционеров типа Зюганова тоже мечта, но более скромная – чтобы никто не столкнул их с уже освоенных кормушек, и только. Люди хорошо (по своим меркам) устроились до пенсии «бороться за счастье народное» и никто, и ничто не заставит их действительно начать это делать.

И случай со смертью Ельцина прекрасно это подтверждает. Ведь даже если бы Ельцин и не умер в 1996 году, то и тогда оппозиция обязана была бы раскрутить любые сомнения в этом. Но это если бы наша оппозиция действительно была оппозицией, а не мелким быдлом, дорвавшимся до корыта.

***

Итак, в этой книге я в хронологическом порядке дам статьи о смерти Ельцина и его двойниках, делая в некоторых случаях уместные в данном случае исправления и дополнения.

В своей эволюционной сущности мы, люди, все еще остаемся животными со всеми инстинктами, присущими животному: инстинктом самосохранения – тем, что мы называем чувством страха; инстинктом удовлетворения наших естественных потребностей, в нужный момент вызывающим у нас чувство голода или позывы; инстинктом продолжения рода, от которого и происходит наша любовь к противоположному полу; и инстинктом сохранения энергии, вызывающим то, что мы называем ленью. Стыдится самих инстинктов не приходится, поскольку именно благодаря им мы и существуем как биологический вид: не гибнем по глупости, подкрепляем себя пищей в нужный момент, продолжаем человеческий род и не тратим попусту ресурсы питания, предназначенные природой для нас.

О последнем инстинкте давайте несколько подробнее. Наверное не сложно представить себе какой-либо лужок, на котором растет трава, которую в свою очередь поедают животные и этим живут. Чем меньше эти животные потребляют травы, тем больше их на одном и том же лужке будет существовать. Если эти животные начнут бесцельно весь день бегать и прыгать, т. е. тратить энергию, то они должны будут съесть больше травы, чтобы компенсировать дополнительные затраты энергии, и, следовательно, трава этого лужка уже не сможет прокормить прежнее стадо. Для природы это не допустимо, природа хочет, чтобы нас, живых существ, на планете существовало как можно больше, поэтому природа и снабдила все живые существа инстинктом лени.

Повторюсь: стыдиться инстинктов нет необходимости, нужно стыдиться другого – нам, людям, недопустимо быть рабами инстинктов. Инстинкты должны служить нам, а не мы им – запомните эту мысль. «Мы должны есть, чтобы жить, а не жить чтобы есть» – это сказано очень не глупым человеком. Иными словами, у нас, у людей, инстинкты всегда должны быть рабами нашего ума и этим, и только этим по большому счеты мы отличаемся от животных. У животных наоборот – у животных ум является рабом инстинктов и предназначен для того, чтобы животное с помощью своего ума как можно лучше их удовлетворило.

Мы, люди, пока еще венец природы – то, самое совершенное, что природа сумела сотворить. Надо думать, если мы, люди, не погубим мир, то эволюционируем (разовьемся) в кого-то еще более совершенного, но пока у природы самое совершенное – это мы. И трижды подчеркнем – мы совершенны не потому, что у нас длинные ноги, красивые глаза или есть ум – ум есть и у животных. Мы совершенны потому, что наш ум – хозяин наших инстинктов. Если мы люди, то следуем своим инстинктам только тогда, когда наш ум не против.

У животных не так. Если оно наелось, напилось, размялось, то инстинкт лени заставит его расслабиться и экономить энергию. Но нам, людям, экономить энергию нельзя, наша жизнь слишком коротка, а природе наш ум и наш труд слишком необходимы, и несравнимы по ценности с той незначительной энергией, которую мы расходуем на поддержание жизни в себе. Мы люди, не имеем права лениться, иначе мы будем не людьми, а просто животными «homo sapiens». Мы обретаем счастье не в удовлетворении инстинктов, а в результатах своего труда, своего творчества, в самом факте полной реализации своих человеческих возможностей.

Да, скажут некоторые и, возможно, даже многие – это Мухин нас обманывает. На самом деле счастье в том, чтобы сладко жрать, гладко… сами понимаете что, иметь красивых телок и всю жизнь загорать на Канарах.

Нет! Я вас не обманываю, радость только от удовлетворения инстинктов для человека не счастье, а несчастье. Выиграть в лотерею у природы и родиться человеком, а затем прожить жизнь животного, так и не вкусив настоящего человеческого счастья, – это для человека величайшая трагедия, это для него катастрофа. Это, поверьте, гораздо глупее, чем выиграть в лотерею «Мерседес» и обменять его на кроссовки, даже фирмы «Адидас».

Но я отвлекся, цель моего рассказа, собственно, не в этом. Я хотел лишь объяснить, что лень – это явление естественное, природное. И человек, руководствуясь инстинктом, также ленится, также стремится избежать работы, если ее можно избежать. Существует меткое утверждение, что всеми своими изобретениями человечество обязано своей лени – человек изобретает машины, чтобы не работать самому. Да в этой шутке действительно есть доля шутки. Но все это прекрасно только тогда, когда руки отдыхают, а ум (то, зачем мы нужны природе) работает. Но беда в том, что люди очень часто ленятся работать умом и всячески стараются избежать необходимости обдумывать свои действия в случаях, когда, как им кажется, умственной работы можно избежать.

«Как! – воскликнут многие. – Мы никогда не избегаем думать, мы думаем целый день и каждую секунду!» Да, человеческий мозг работает непрерывно, но то, что люди действительно обдумывают все свои проблемы, – это глубочайшая ошибка и заблуждение.

Человек действительно думает, порой усиленно и отчаянно, но только над решением проблем, касающихся его одного, его лично. Однако мы, люди, составляем общество, у нас, как у общества, проблем не меньше, чем у нас лично. Как много мы думаем над проблемами общества перед тем, как принять решение, перед тем, как, к примеру, проголосовать- Я знаю, что многие уже готовы мне возразить и доказать, что свой общественный выбор они всегда делают взвешенно и обдуманно. Не обольщайтесь, и не заблуждайтесь!

Попадая в общество, становясь частичкой человеческой массы, люди начинают поступать по закону толпы, по законам хотя и малоизвестным широким массам, но хорошо изученным уже 150 лет. Есть наверное и злой умысел правительств всех стран в том, что поведение индивидуума в толпе не изучается в школе, но сами по себе книги о психологии масс не являются секретными. В частности, вполне доступна книга основоположника психологии масс французского психолога Ле Бона. И мне бы хотелось рассказать кое-что о том, как мы, люди, ведем себя в толпе, и попробовать убедить хоть кого-нибудь из вас в том, что мы ведем себя не правильно.

Понимаете, когда мы попадаем в толпу и нам нужно принять решение, которое нужно принять и всем людям в данной толпе, то животное, сидящее в нас, как бы шепчет нам: «Ну, зачем тебе работать и думать об этом? Отдохни! Подумай о чем-нибудь приятном, посмотри какой-нибудь интересный фильм про Санта-Барбару. Ведь другие думают и они придумают, а ты поступишь как все». Вот это – поступать не на основе собственного взвешенного и обдуманного решения, а экономить на работе ума и поступать «как все», – пожалуй, наиболее трагическая особенность человеческого общества. Если мы, в конце концов, погубим мир, то погубим его исключительно потому, что поступим «как все». Ведь никому не приходит в голову, что «все» думают точно так же, как и ты, что «все», оказавшись в толпе, немедленно отправляют свой ум на отдых в уверенности, что это ты думаешь, а они поступят как ты.

Мы, люди, уверены, что ум – хорошо, а два – лучше. Да, эта русская поговорка не врет, но только тогда, когда два ума действительно думают над проблемой, а не перекладывают ее обдумывание друг на друга. А последнем случае действует иной закон: глупость – это плохо, а миллионы глупостей – катастрофа! Когда толпа бездумна и миллионы членов человеческого общества надеются, что думать будут другие, то в обществе накапливается не ум, а только глупость. Порой это кажется невероятным, но это так.

Ле Бон писал, что «соединение заурядных качеств в толпе и объясняет нам, почему толпа никогда не может выполнить действия, требующие возвышенного ума. Решения, касающиеся общих интересов, принятые собранием даже знаменитых людей в области разных специальностей, мало все-таки отличаются от решений, принятых собранием глупцов, так как и в том и в другом случае соединяются не какие-нибудь выдающиеся качества, а только заурядные, встречающиеся у всех. В толпе может происходить накопление только глупости, а не ума. «Весь мир», как это часто принято говорить, никак не может быть умнее Вольтера, а наоборот, – Вольтер умнее, нежели «весь мир», если под этим словом надо понимать толпу».

Это свойство человека поступать «как все» в уверенности, что «все не могут ошибаться», пожалуй наиболее известное и обсуждаемое. Любой читатель может вспомнить, как его «обували» во время выборов с использованием этой особенности, как перед голосованием все СМИ настойчиво убеждали его, что рейтинг того, кто намечен в победители, растет, что «все будут голосовать за него» и т. д. Но я не хотел бы политическим аспектом использования законов поведения толпы, смазать суть того, что хотел сказать.

Поэтому давайте оставим пока в стороне свойство человека в толпе поступать как толпа, и рассмотрим свойство всей толпы видеть то, чего на самом деле нет, давайте рассмотрим галлюцинации толпы. Суть этих галлюцинаций в том, что человек ленится думать в случаях, когда он ожидает некоторое событие с уверенностью, что оно произойдет. Тогда любое ложное сообщение об ожидаемом, воспринимается толпой как факт, и толпа видит то, чего на самом деле нет. Ле Бон приводит несколько примеров XIX века.

«Таков всегда механизм всех коллективных галлюцинаций, о которых часто говорится в истории и достоверность которых подтверждается тысячами человек. Было бы лишнее, ввиду опровержения вышесказанного, указывать на умственные Качества индивидов, входящих в состав толпы. Эти качества не имеют значения; невежда и ученый, раз уж они участвуют в толпе, одинаково лишаются способности к наблюдению.

Наиболее типичный случай такой коллективной галлюцинации – причем толпа состояла из индивидов всякого рода, как самых невежественных, так и самых образованных, – рассказан лейтенантом Жюльеном Феликсом в его книге о морских течениях. Фрегат «La Belle Poule» крейсировал в море, разыскивая корвет «Berceau» с которым он был разъединен сильной бурей. Дело было днем и солнце светило ярко. Вдруг часовой увидал покинутое судно. Экипаж направил свои взоры на указанный пункт, и все, офицеры и матросы, ясно заметили плот, нагруженный людьми, прикрепленный буксиром к лодкам, на которых виднелись сигналы бедствия. Все это было, однако, ничем иным, как коллективной галлюцинацией. Адмирал Дефоссе тотчас же отправил лодки на помощь погибающим. Приближаясь к месту катастрофы, офицеры и матросы ясно видели кучи людей, волнующихся, протягивающих руки, и слышали глухой и смешанный шум большого количества голосов. Когда же наконец лодки подошли к этому месту, то оказалось, что там ничего не было, кроме нескольких ветвей с листьями, унесенных волнами с соседнего берега. Такие явные доказательства, конечно, заставили галлюцинацию исчезнуть.

На этом примере мы можем ясно проследить механизм образования коллективной галлюцинации. С одной стороны мы имеем толпу в состоянии выжидательного внимания, с другой – внушение, сделанное часовым, увидевшим покинутое судно в море; это внушение уже путем заразы распространилось на всех присутствовавших, как офицеров, так и матросов».

А вот Ле Бон цитирует случай, описанный в тогдашних парижских газетах. У одной матери исчез сын-подросток. Естественно, она ожидала самое худшее. И вот другим ребенком был найден труп мальчика.

«Ребенок узнал в мертвом своего товарища, но это было ошибка, вызвавшая тотчас же целый ряд подобных же ошибок, причем произошла следующая удивительная вещь: одна женщина, увидев труп ребенка, воскликнула: «Ах, Боже мой, это мой ребенок!» Посмотрев ближе, она заметила шрам на лбу и сказала: «Да, это мой бедный сынок, пропавший в июле. У меня его похитили и убили!»

Женщина эта была привратницей в улице дю-Фур и называлась Шаводрэ. Пригласили ее зятя, который без всякого колебания объявил: «Вот маленький Филибер». Несколько обитателей этой улицы также признали в мертвом ребенке Филибера Шаводрэ, и даже его собственный учитель, заметив медаль, признал в мертвеце своего прежнего ученика.

И что же? Соседи, зять, школьный учитель и мать – все ошиблись! Шесть недель спустя личность ребенка была окончательно установлена: оказалось, что это был ребенок из Бордо, там убитый и привезенный дилижансом в Париж».

Мне могут сказать, что в этих примерах речь идет о каких-то древних людях, а мы – народ образованный и цивилизованный. Увы нам! Мы ничем не отличаемся от предков.

Возьмем, к примеру, аферу США с высадкой американских астронавтов на Луну в 1969–1972 годах, т. е. 35 лет назад. На самом деле они никого туда не высаживали, а фильмы о, якобы, их «высадке» были сняты на Земле ныне покойным американским режиссером Стенли Кубриком. Но весь мир ждал этой высадки, и увидев довольно халтурную работу Кубрика, он поверил в нее и верит до сих пор. Даже в США и даже сегодня в полет американцев на Луну верят 80 % населения, хотя Американское астрономическое агентство (НАСА) обокрало именно его – простых налогоплательщиков.

Давайте проявим фантазию и представим себе, что мы в августе 1969 года (первый полет на Луну по легенде был в июле того года) приехали в США с необитаемого острова, на котором пробыли несколько лет, и абсолютно ничего не знаем о планах американцев высаживаться на Луну.

Мы покупаем журнал «Life» – самый популярный и многотиражный еженедельник того времени в США, за 18 августа 1969 года, и видим фотографии каких-то людей в скафандрах возле какого-то странного сооружения. На страницах 40–41 фото на весь разворот. И с первого взгляда на это фото, становится ясно, что оно сделано в съемочном павильоне. И ни для кого это не составило бы труда. Когда съемки происходят на натуре, т. е. в условиях освещения солнцем, то вся местность всегда освещается равномерно. А в павильоне артистов освещают прожекторами, поэтому они и передний план освещены лучше, чем задний план. Теперь взгляните на это фото. Актер стоит в светлом пятне, освещаемом софитами, а сзади него местность темная, – в левом углу горизонт практически сливается с черным задником, изображающем черное небо. Солнце так не освещает! Кстати, в дальнейшем Стенли Кубрик исправил эту свою ошибку и стал освещать всю площадь павильона более-менее равномерно.

Уверен, что большинство читателей меня поняли, но в сам факт американской аферы не поверили. Это понятно, – что стоит мое мнение по сравнению с мнением толпы в десятки тысяч советских, а теперь – российских ученых, утверждающих, что американцы на Луне были! Наверное и процитированные мною выше выводы Ле Бона, что «…невежда и ученый, раз уж они участвуют в толпе, одинаково лишаются способности к наблюдению» – таким людям ничего не доказывают. Не доказывают потому, что они – люди толпы.

Это свойство людей в толпе не думать на пользу тем, кто толпой управляет и кто толпу грабит, – если у тебя в руках основные или достаточно большие средства массовой информации, то никакая свобода слова и печати тебе не помеха: уверяй толпу, что так, как тебе надо, «думают все», и толпа будет покорно, как стадо баранов, тоже «думать как все» и поступать «как все».

X