Власть доллара

Рубрика: Книги

В 1907 г. одним из них был Дж.П. Морган, пригласивший для собеседования министра финансов. В 1980 г. Дейвид Рокфеллер вызывает к себе Генри Киссинджера.

Каким образом денежному тресту удалось учредить центральный банк и взять его под свой контроль в стране, где общественное мнение изначально было настроено против подобной инициативы? Судья Брандейс описывает данный процесс следующим образом:

«Развитие в наших условиях финансовой олигархии, с которой мы знакомы по истории политического деспотизма, — это узурпация, протекающая путём постепенного захвата, нежели насильственных действий; а также путём «продуманной и часто полностью скрытой концентрации».

Это те самые процессы, которые позволили императору Августу стать хозяином Рима. Создатели нашей Конституции подозревали о подобных опасностях для нашей политической свободы, раз имели осмотрительность предусмотреть разделение властей»[57].

Дж.П. Морган, контролировавший денежный трест, понимал все преимущества «скрытого» и «постепенного захвата». Он всенародно выступил против законопроекта о Федеральной резервной системе, являясь, в то же время, одним из инициаторов его продвижения.

Компаньоны Моргана были тщательно подобраны и понимали суть происходящего. В обмен на абсолютную лояльность они получили гарантированную возможность разбогатеть за счёт политической и финансовой мощи монополии.

Пока Морган номинально оставался единственным главным компаньоном, он полностью удерживал власть внутри фирмы. Несколько компаньонов Моргана посвятили себя политике. Но большинство предпочитали действовать за сценой.

В период с 1900 по 1930 гг. четверо партнёров Моргана стали исключением из этого правила. Глядя на их деятельность сегодня, можно проследить за тем, как они использовали двуличность для достижения своих целей.

Этой четвёркой были — Э.П. Дейвисон, Дуайт Уитни Морроу, Эдвард Р. Стеттиниус и Джордж В. Перкинс.

В книге «Уолл-стрит и большевицкая революция» мы писали о том, что фирма Моргана направляла революцию так, чтобы озолотиться при любом исходе — кто бы ни пришёл к власти в России[58].

Партнёр Моргана Дейвисон между 1917 и 1919 гг. являлся главой Военного Совета Красного Креста. Он работал вместе с ещё одним союзником Моргана В. Бойдом Томпсоном, финансировавшим большевиков.

Дуайт Уитни Морроу использовал своё влияние для обеспеченья большевиков оружием и дипломатическим прикрытием (его меморандум, касающийся данной проблемы, воспроизведён в книге «Уолл-стрит и большевистская революция»).

К слову, Томас Ламонт использовал свои связи в Лондоне для того, чтобы смягчить позицию Великобритании в отношении большевиков.

Кроме того, Морган и партнёры оказывали содействие белогвардейцам, сражавшимся с большевиками, и были замечены в поддержке интервенции в Сибирь.

Морроу оставил товарищество Моргана в 1920-х гг. и после года пребывания на посту председателя Совета по авиации получил должность посла США в Мексике (1927-1930 гг.). В 1931 г. он стал американским сенатором.

Стеттиниус в период Первой мировой войны заведовал всеми военными закупками для Соединённых Штатов, производившимися через подконтрольные Моргану фирмы.

Джордж Перкинс в 1912 г. организовал исполнительный комитет Прогрессистской партии и позже стал его председателем. Прогрессистская партия была необходима Моргану для того, чтобы расколоть Республиканскую партию и тем самым обеспечить Вудро Вильсону президентское кресло.

Дейвид Рокфеллер применил подобную стратегию в случае с Джоном Андерсоном на выборах 1980 г.

Основным инструментом Моргана для осуществления контроля над американскими финансами и промышленностью являлся избирательный трест. Это была горстка управляющих, состоявшая обычно из трёх человек, выбираемых лично Морганом.

В свою очередь, эта влиятельная группа, подчинявшаяся Моргану, подбирала руководителей банков и фирм.

Так в случае с «Гаранти траст» избирательный трест состоял из двух компаньонов Моргана — Томаса В. Ламонта и Уильяма Г. Портера, плюс президента подконтрольного Моргану Первого национального банка Джорджа Ф. Бейкера.

Данная группа назначала директоров «Гаранти траст», а те, в свою очередь, контролировали многочисленные фирмы, мелкие банки и финансовые учреждения.

К 1912 г. Морган подчинил себе банки Уолл-стрит, не говоря уже о «денежном тресте». Структура управления всем комплексом финансовых институтов Моргана была достаточно проста: она основывалась на принципе пирамиды.

Компаньоны Моргана приглашали руководителей для основных финансовых учреждений. Их лояльность к Моргану обеспечивалась предоставлением всех привилегий, вытекающих из высокого должностного положения.

В свою очередь компании, финансировавшие промышленность, железнодорожные тресты и иные объединения, подчинялись данным финансовым учреждениям. Во второй половине XIX и в самом начале XX веков эта система функционировала безотказно.

Вот, как представляли себе этот «денежный трест» Вудро Вильсон и «полковник» Хауз[59]:

«Я считаю абсолютно верной реплику Вудро Вильсона о том, что из целого ряда трестов, «денежный» был наиболее пагубным. Несколько лиц и их сателлитов контролируют ведущие банки и трастовые компании Америки. Они также руководят ведущими корпорациями»[60].

Денежный трест был узаконен в 1913 г. под удобной и безобидной вывеской Федеральной резервной системы. Никто не должен был догадаться, что это частный центральный банк.

Историю создания Федеральной резервной системы можно разделить на три этапа:

тайное согласование плана организации Федеральной резервной системы;

продвижение Вудро Вильсона на пост президента силами финансовой элиты;

прохождение законопроекта о Федеральной резервной системе через конгресс.

Член Палаты представителей от штата Миннесота Линдберг — отец всемирно известного лётчика — в течение десяти лет своего пребывания в Палате представителей являлся одним из самых последовательных и ревностных критиков группы Моргана.

Считается, что он был единственным конгрессменом, кто прочёл все двадцать томов Денежно-кредитной комиссии Олдрича.

Настоящий водопад слов, низвергнувшийся на головы членов нижней палаты, вызвал подозрение среди мыслящих людей — подозрение в том, что народные избранники нарочно не осознают, чьи интересы им следует соблюдать.

Насчёт плана Олдрича по банковским операциям и валюте, Линдберг сказал следующее:

«План Олдрича по банковским операциям и валюте — это чудовищный проект по сосредоточению в одних руках всех финансовых ресурсов страны: как государственных, так и частных. Он подразумевает создание одного центрального объединения с пятнадцатью филиалами по всей стране. В объединение будут допускаться только крупные банки и трастовые компании.

Всем остальным не только откажут в членстве и запретят держать акции, но и посредством политических и финансовых рычагов будут диктовать свои условия — как следует вести дела. Перед этой мощью, сосредоточенной в контролируемых трестами и крупными финансистами банках больших городов, не устоит не только средний бизнес, но и политический аппарат»[61].

 

[57] The Story Of Our Money, op. cit., pp. 188-89.

[58] Antony Sutton, Wall Street and the Bolshevik Revolution (New Rochelle, New York: Arlington House, 1974). See particularly pages 89-100 and the chapter, «J. P. Morgan gives a little help to the other side».

[59] Хауз (House) Эдуард Манделл (1858-1938), ближайший советник президента США В. Вильсона, дипломат. Оказывал значительное влияние на формирование и осуществление внешней политики США. Участник разработки «Четырнадцати пунктов» и предложений о создании Лиги Наций. — Прим. перев.

[60] Colonel E. M. House to Senator Culbertson (July 26, 1911); Charles Seymour, The Intimate Papers of Colonel House, (Boston and New York: Houghton Mifflin Co., 1926-28), I. 159.

[61] Cited in The Story of Our Money, op. cit., p. 189.

X