Крестовый поход

Рубрика: Книги

Первое послание Иоанна Богослова

Слово взял главный идеолог линии Иакова. И не просто главный идеолог.

Иоанн считал, что стоит выше всех, ибо он «любимый ученик», а это — круче, чем просто брат Иисуса.

«О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши...»

Ребята, у нас преимущество — наша информация из первых рук. Эксклюзив. В отличие от некоторых.

И никаких «рабов Иисуса Христа», никаких «радоваться»! Всем слушать, я буду вещать, ибо я — богослов.

«Если говорим, что не имеем греха — обманываем самих себя, и истины нет в нас».

Вам понятно? Все вы грешники и нечего тут.

«Если говорим, что мы не согрешили, то представляем Его лживым...»

После такого оптимистичного вступления, Иоанн начинает напускать туману — как обычно.

«Сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, праведника...»

С самооценкой у Иоанна было всё в порядке. Он не раб Иисусу, а сам Иисус — не Господь, а всего лишь праведник. И ходатай.

Иоанну лучше других удавалось говорить взаимоисключающие вещи. С одной стороны — все мы грешим, без исключения. А с другой — «всякий, пребывающий в Нем, не согрешает».

«Пишу вам не новую заповедь, но заповедь древнюю, которую имели от самого начала».

Это — с одной стороны.

«Новую заповедь пишу вам, что есть истинно и в Нем и в вас».

А это — уже с другой стороны.

Но, каков Иоанн! Если в Нём есть истина, то есть и ложь. А как в этом разобраться?

Спросите у старины Иоанна — он вам растолкует. Может быть.

«Я написал вам не потому, что вы не знаете истины, но потому, что вы знаете ее».

Чёрное, оно, на самом деле, не чёрное, а белое — просто называется чёрным.

«Пишу вам, дети, потому что прощены вам грехи ради имени Его».

Хоть вы и грешите, но ваши грехи уже прощены — можно не беспокоиться. Именно поэтому я и пишу вам.

Но он привирает — не потому это письмо писалось.

«Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей... Ибо все, что в мире — похоть плоти...»

Вот он, главный мотив.

«Дети! последнее время, И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов, то мы и познаем из того, что последнее время».

Апокалипсис. Конец света. Он уже начался. Ай, как хорошо.

Компромисс о тысячелетнем божьем дне Иоанна не устраивал. Никак не устраивал. Ему нужно было устроить пожар прямо там и тогда — в Иудее первого века нашей эры.

«Бога никто никогда не видел».

Странно. А как быть с Моисеем? Да что Моисей, ещё Авраам бога не только видел, но и мясом угощал.

Всё-таки, почему Иоанн так противоречит самому себе? А что, если не было никакого противоречия?

«Всякий, рожденный от Бога, не грешит...

Не дивитесь, братия мои, если мир ненавидит вас...

Если сердце наше не осуждает нас, то мы имеем дерзновение к Богу...

Мы от Бога: знающий Бога слушает нас...

Любовь Его совершенна есть в нас...

В любви нет страха...

Боящийся не совершен в любви...

Всякий, рожденный от Бога, побеждает мир...

Вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную...

Мы знаем, что весь мир лежит во зле...

Дети! вы от Бога, и победили их...»

Это похоже на призыв к резне. К восстанию, к инквизиции...

Всё равно, мы уже грешны, но ведь, грехи наши искуплены, если мы уверовали. А мир — зло, и наступил конец света.

И не надо бояться. Мы уже не можем согрешить — что бы ни делали. И мы победим — мы уже победили.

«Не всякому духу верьте, но испытывайте... Всякий дух, который исповедует Иисуса Христа, есть от Бога... А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, есть дух антихриста, что он придет и теперь есть уже в мире».

Кажется, Иоанну вздумалось захватить власть в синедрионе вооружённым путём. В самом деле, язычники его мало интересовали, а вот правоверные иудеи не признавали Иисуса Христа.

«Дети! Храните себя от идолов. Аминь».

Второе послание Иоанна Богослова

«Старец — избранной госпоже и детям ее, которых я люблю...»

Старец? М-да. А избранная госпожа — интересно, кто такая?

«Наблюдайте за собою, чтобы мы не потеряли того, над чем мы трудились, но чтобы получить полную награду».

Очень непростое письмо. Иоанн точно что-то готовил, но дело, кажется, не выгорело.

«Кто приходит к вам и не приносит сего учения, того не принимайте в дом и не приветствуйте его».

Прямо инструктаж хозяйке явочной квартиры.

«Многое имею писать вам, но не хочу на бумаге чернилами...»

Ха! Он точно что-то готовил. «Не хочу на бумаге чернилами». Вот если ты подержишь это письмецо над свечой...

«Приветствуют тебя дети сестры твоей избранной. Аминь».

Третье послание Иоанна

«Старец — возлюбленному Гаию...»

Это имя мы уже встречали, не так ли? Кажется, Иоанн в нём ошибся.

«Я весьма обрадовался, когда пришли братья и засвидетельствовали о твоей верности... Ты, как верный, поступаешь в том, что делаешь для братьев и для странников...»

Ещё один конспиратор — явочник.

«Они засвидетельствовали перед церковью о твоей любви... Ты хорошо поступишь, если отпустишь их...»

Ого!

«Ибо они ради имени Его пошли, не взявши ничего от язычников».

Старина Иоанн попал в переплёт и пытается разрулить ситуацию.

«Я писал церкви, но любящий первенствовать у них Диотреф не принимает нас».

Ещё бы, все эллины под Петром и Павлом.

«Посему, если я приду, то напомню о делах, которые он делает, понося нас злыми словами, и, не довольствуясь тем, и сам не принимает братьев, и запрещает желающим, и изгоняет из церкви».

Вот, до чего дошло.

«Много имел я писать, но не хочу писать к тебе чернилами и тростью. А надеюсь скоро увидеть тебя и поговорить устами к устам».

Он ещё будет пытаться управлять процессом. Даже сидя на Патмосе.

«Приветстуют тебя друзья; приветствуй друзей поименно. Аминь».

X