Zero

Рубрика: Книги

Тьерри Мейсан. He поддаваться обману

Начав дискуссию относительно терактов 11 сентября 2001 года, я вовсе не намеревался втянуться в то, что вскоре назовут «бесконечной глобальной войной»[359]. Я хотел лишь исполнить свой долг журналиста, продемонстрировав противоречия, содержащиеся в официальной версии событий. В дальнейшем я поместил в Интернете ряд статей, в которых, буквально по минутам, восстановил хронологию реальных событий, указав на исключительную роль, которую сыграло в них «NORAD» (Объединённое командование аэрокосмической обороны Северной Америки). Я сразу отметил, что у организаторов терактов были сообщники в Белом доме и в Объединённом комитете начальников штабов, что лица, обвинённые в захвате самолётов, не фигурировали в списках пассажиров, что немыслимое множество оставленных ими следов вызывало подозрение, что взрывчатка была заложена в самих башнях-близнецах; что Усама бен Ладен предоставлял слишком удобное алиби тем, кто стремился доказать наличие заранее спланированной атаки из Афганистана, наконец, что всё это, само собой разумеется, должно было послужить аргументом для обоснования доктрины «столкновения цивилизаций» и оправданием перманентных войн.

Как и многие другие, я понял, что этот день изменил человечество. Однако я продолжал действовать и писать так, как будто ничего не произошло. Значительно позже, столкнувшись с проблемами, возникшими после этих событий, я нашёл новые средства защиты нашей свободы.

Я рискнул идентифицировать группы, способные осуществить подобную операцию. Изучив секретные сети stay-behind НАТО (их обычно именуют «Гладио»), я был поражён целым рядом схожих черт в их modus operandi. Я обнаружил в своих архивах копию внутреннего бюллетеня «коммандос», базирующихся в Форт-Браге и известных, как Специальные секретные силы (Special Forces Underground). Там сообщалось — и это за восемь месяцев до теракта! — об операции против Пентагона. При президенте Клинтоне эта группа из элитных солдат, которых использовали в важнейших секретных операциях США за границей, была обвинена в участии в некоем заговоре. В тогдашних условиях я не мог, к сожалению, существенно продвинуть своё расследование. Поэтому я принялся детально реконструировать разного рода теракты, чтобы лучше изучить их механизм. Стремясь установить точные временные параметры атаки на Пентагон, я с некоторым недоумением перечитал ряд телеграмм агентства Франс Пресс:

 

QFP/11 сентября 2001 г./13-46 GMT/

СРОЧНО! Пентагон эвакуирован после катастрофы Всемирного торгового центра

Вашингтон. — По сообщениям американских официальных лиц во вторник персонал Пентагона, неподалёку от Вашингтона, был эвакуирован после атаки террористов, целью которой стали башни Всемирного торгового центра в и Нью-Йорке.

jm/vm/glr

 

AFP/11 сентября 2001 г./13-54 GMT/

СРОЧНО! Два взрыва в Пентагоне (очевидец) ВАШИНГТОН. — Два взрыва потрясли Пентагон во вторник утром, из одной из стен здания валит дым, рассказала одна из очевидцев Лиза Берджес (Lisa Burgess), журналистка из «Stars and Stripes».

jm/gcv/vmt

 

AFP/11 сентября 2001 г./14-51 GMT/

СРОЧНО! Неизвестный самолёт направляется к Пентагону

ВАШИНГТОН. — Во вторник утром неизвестный самолет летел в сторону Пентагона неподалёку от Вашингтона, сообщил журналисту AFP ответственный чиновник ФБР.

smb/cw/vmt

 

AFP/11 сентября 2001 г./16-07 GMT/

Самолёт падает на Пентагон (очевидец)

ВАШИНГТОН. — Рейсовый самолёт разбился во вторник над Пентагоном, врезавшись на уровне второго этажа в здание, находящееся вблизи Вашингтона, сообщил один из очевидцев, капитан Линкольн Либнер (Lincoln Liebner). «Я видел, как быстро приближался летевший на небольшой высоте лайнер American Airlines», — заявил этот свидетель. «Первое, что пришло мне на ум, так это то, что я впервые вижу так низко летящий самолёт», — добавил он. «Я смог что-то сообразить лишь за мгновение перед тем, как — он врезался в здание», заметил капитан, уточнив, что слышал, как на месте драмы кричали люди.

Пентагон находится в Виргинии, приблизительно в километре от Reagan National Airport, второго аэропорта Вашингтона.

jm/gcv/vmt

 

Согласно официальной версии, рейсовый самолёт разбился над Пентагоном в 9.38 (13.38 GMT), но, согласно сообщениям AFP, взрывы были слышны в здании до крушения самолёта. Таким образом, в Пентагоне произошёл не один, а несколько терактов.

Тогда я принялся сличать все имевшиеся фотографии места преступления, чтобы попытаться определить, были или нет на них следы разных взрывов. И всё же больше всего меня занимал другой вопрос: почему редактор AFP озаглавил одну из своих телеграмм именно так: «Неизвестный самолёт направляется в сторону Пентагона»? В самом деле, вполне вероятно заметить, что какой-то самолёт направляется к Вашингтону, но как можно было знать, что, прибыв на место, он выберет целью именно Пентагон, а не Капитолий или Белый дом?

Я показал собранные мной фотографии нескольким весьма компетентным друзьям: бывшему пилоту-истребителю, пожарному и пиротехнику. Пилот не понимал, почему террористы затеяли этот сложный манёвр, чтобы направить их самолёт в сторону фасада вместо того, чтобы просто спикировать на крышу. Пожарного и пиротехника удивил пожар, который ни в чём не напоминал те, что происходили после крушения самолётов. Я обратил внимание на то, что все должны были, казалось, заметить сразу же: в фасаде, через который самолёт мог бы проникнуть в здание, не было ни одного отверстия, снаружи не было видно никаких обломков самолёта. По простой причине: не было там самолёта.

Хотя я только что обнаружил пресловутое «колумбово яйцо», Америка вовсе не торопилась выразить мне за это своё признание.

Просматривая те же фотографии, мой старший сын Рафаэль доказал нереальность официальной версии в виде пакета из семи ошибок, который буквально в несколько часов облетел всю Мировую сеть. В то время, как мои статьи были доступны только на французском языке, подписи под этими фотографиями были мгновенно переведены на основные языки, а игровой характер их представления обеспечил им большую популярность. Гигантская пропагандистская машина, запущенная Атлантическим альянсом, дабы навязать официальную версию, вызвала интерес публики ко всему, что касалось терактов. На этой волне за две недели «игра в семь ошибок» привлекла внимание десятка миллионов пользователей Сети.

Впервые кампания планетарного обмана была разоблачена в реальном времени на виду всего мира. Именно это глашатаи Пентагона, застигнутые врасплох этой новой ситуацией, назвали «слухами».

Кратко изложив суть моего расследования на примере нескольких фотографий и призвав пользователей Сети высказать своё личное мнение, Рафаэль сумел привлечь внимание публики, как ему это удавалось успешно сделать по другим поводам. Но — и это плата за упрощение — он свёл вопрос к простому случаю лживого правительственного сообщения, не выделив его политическую составляющую. В этот же период я получил массовую поддержку от своих коллег. В рамках профессиональных форумов разгорелись дискуссии, в ходе которых нападение на Пентагон сравнивали с бойней в Тимишоаре (в 1989 году пресса была введена в заблуждение противниками Чаушеску, которые представили тела после вскрытия, как трупы замученных людей).

Я продолжил своё расследование. Изучил не только секреты новой энергетической политики Дика Чейни (Dick Cheney), неизбежно приводящие войска империи к захвату углеводородных запасов «Великого Среднего Востока», но и удивительный переход Усамы бен Ладена из Всемирной антикоммунистической Лиги в эмират талибанов.

В Северной Америке «Proceso» — главный испаноязычный информационный еженедельник, полностью публикует в октябре обширное досье, которое я посвятил финансовым связям семей Буша и бен Ладена. Неожиданно выяснилось, что оба деятеля, символизирующие «свободный мир» и «терроризм», вовсе не были незнакомцами друг для друга, у них были общие интересы, которые в тот период таинственные доверенные лица превращали в фантастические прибыли, заранее спекулируя на терактах. Именно эти факты окончательно убедили некоторых американских лидеров в том, что заговорщики находились не в какой-то афганской пещере, но в Белом доме. В конгрессе Синтия МакКини, член Палаты представителей от штата Джорджия, потребовала объяснений от администрации Буша. Хотя её голос был заглушён патриотическими воплями, сомнение уже проникло в стены Капитолия.

В конечном итоге я собрал воедино свои статьи и опубликовал их в виде книги в марте 2002 года. Это новое систематизированное и логичное представление данных, которые я отобрал за полгода, резко изменило характер дискуссии. Мы прекратили обсуждать детали событий и попытались снова вычленить их политическое значение. Мы перешли от критического рассмотрения официального сообщения к указанию виновных. Тем более, что книга в основном представляла собой анализ предстоящего превращения Соединённых Штатов в военно-полицейское государство, а также описание новой волны американской экспансии. Мои французские коллеги, застигнутые врасплох, хранили молчание, в то время, как международная пресса — от « N_pszabads_g» в Венгрии до «Теrсеrа» в Чили — комментировали «L'Effroyable imposture» («Ужасающая махинация»). Без всякой рекламной кампании моя книга, опубликованная тиражом в 10 000 экземпляров, была распродана за пять дней. Это заинтриговало Тьерри Ардиссона (Thierry Ardisson), не совсем обычного телеведущего, который пригласил меня в своё шоу. Книгу срочно переиздали и быстро распродали 180 000 экземпляров во Франции.

Для Атлантического альянса я стал человеком, которого следовало срочно дискредитировать. А в глазах моих коллег, которые до этого поддерживали меня, я неожиданно превратился из симпатичного репортёра Тантана в опасного конкурента и отвратительного богохульника. И хлынул поток проклятий. За очень редкими исключениями, все респектабельные СМИ бросились линчевать меня, причём с особенным остервенением этим занялась ежедневная левая газета «Lib_ration», которая последовательно заклеймила меня в 25 статьях. В своей бессовестной передовице газета «Le Monde» выразила сожаление по поводу моего независимого сознания, свободного от экономических ограничений профессии. Доминик Боди (Dominique Baudis), президент Высшего совета по электронным СМИ, которого я обвинил в своей книге за его роль в Carlyle Group, приказал своим сотрудникам обзвонить все основные электронные СМИ, чтобы закрыть мне доступ к публике.

Проходившая тогда во Франции президентская избирательная кампания придала этой полемике особо сюрреалистический характер. Во всех партиях наметилось противостояние между «атлантистами» и сторонниками суверенитета Франции. Все кандидаты старались не затрагивать тему 11 сентября, чтобы не вызвать столкновений в собственном лагере. Граждане, лишённые возможности услышать мнение своих лидеров по этому вопросу, убеждённые, что СМИ никогда не признаются в том, что позволили обмануть себя представителям администрации Буша, невольно обратились к моим аналитическим высказываниям.

Именно в это время Центр имени шейха Заеда (Zayed), авторитетный институт политических исследований, предоставленный Объёдиненными Арабскими Эмиратами Лиге арабских государств, пригласил меня выступить в Абу Даби. Там собралось так много дипломатов, что большинство не смогло даже попасть в зал, им пришлось слушать меня, находясь в специально оборудованном месте в саду. За лекцией последовало часовое интервью для «Al-Jazeera», которое я дал Фейсалу Аль-Кассиму, самому известному арабскому журналисту. В ходе этих выступлений я представил новые сведения и доказательства того, что теракты против Пентагона были осуществлены с помощью ракеты вооружённых сил США. Я особенно настаивал на том, чтобы члены Лиги арабских государств потребовали от Генеральной Ассамблеи ООН создать специальную международную комиссию. Таким образом, политические дебаты перешли уже в новую плоскость, затронув международные отношения.

Госдепартамент США, который счёл необходимым направить делегацию из семи дипломатов, чтобы выслушать мои заявления, явно не поспешил отреагировать на них. Центр имени шейха Зайеда опубликовал арабскую версию «Чудовищной махинации», 5000 экземпляров были вручены шейхом самым авторитетным политикам и интеллектуалам арабского мира. Арабские государства отказались взять на себя коллективную ответственность за эти теракты. Лига арабских государств и Совет сотрудничества арабских стран Залива бурно обсуждали этот вопрос. Вашингтону пришлось срочно заняться дискредитацией Центра имени шейха Зайеда. Была развязана клеветническая кампания с целью лишить этот уважаемый Центр любых зарубежных контактов. В конце концов, Объединённые арабские эмираты пошли на его закрытие, чтобы не тратить силы в напрасной полемике.

Моя книга «Чудовищная махинация» была переведена на 26 языков и стала лидером продаж во всех странах Средиземноморья, кроме Израиля. Поскольку я направил первые полученные доходы на финансирование издательской деятельности Roseau Voltaire в странах «третьего мира», «атлантисты» объединили свои усилия, чтобы привести моего издателя к банкротству, таким образом, чтобы я никогда не смог получить свои авторские гонорары, которые обещали быть весьма значительными.

Вашингтон оказывал разного рода давление на Францию, чтобы заставить меня замолчать. Некая сионистская организация призвала Голливуд к бойкоту Каннского фестиваля, но Вуди Алену удалось сорвать эту провокацию. Министерство обороны США угрожало лишить аккредитации те СМИ, которые захотели бы всё же дать отчёты об этих дискуссиях. Охота на ведьм приобрела глобальный характер.

Но одновременно в Европе были слышны и свободные голоса. В частности, высказались бывший немецкий министр Андреас Бюлов и бывший начальник управления русского генштаба генерал Леонид Ивашов. Мировое общественное мнение и правительства разделились. Изучив вопрос, ведущие военные разведки убедились в мошенничестве администрации Буша. Можно сказать, что меньше, чем за год, самая гигантская пропагандистская операция в Истории провалилась.

Хотя и с явным отставанием по отношению к остальному миру, движение за правду получило развитие и в США. В самом деле, американским гражданам нужно было пережить длительный срок траура, чтобы вновь обрести способность к критическому осмыслению событий.

За пять лет, прошедших после 11 сентября 2001 года, я получил по почте и по Интернету несколько тысяч смертельных угроз и столкнулся с большими опасностями. Во время всех моих поездок некоторые государства и, в некоторых случаях, частные лица предоставляли мне вооружённую охрану и бронированные автомашины, хотя я и не просил их об этом. Я убедился в возможности путешествовать с фальшивыми документами и проходить таможню без контроля. Впрочем, я понятия не имел, кто так заботился обо мне.

Мне довелось встретиться с многими начальниками штабов, с некоторыми главами правительств и государств и познакомить их с результатами моего расследования событий 11 сентября, а также передать им информацию, не подлежащую публикации. Их двери открывались передо мной с поразительной лёгкостью.

Из того, что мне удалось понять, я вынес чувство личной благодарности Жаку Шираку, с которым я никогда не встречался, но чьё высокое имя неизменно упоминалось принимавшими меня людьми и теми, кто обеспечивал мою безопасность. Во время этих встреч на высоком уровне я мог наблюдать за эволюцией международных отношений.

Можно рассматривать события 11 сентября и как массовое преступление, и как военную операцию, но они останутся в истории, как инсценировка, которая погрузила мир в разного рода иррациональные интерпретации и речи. Их заказчики попытались идеологически вывести из равновесия США и добились своего. Эта страна перешла от мессианистской концепции своей роли в мире к милленаризму. До сих пор она представляла себя, как образец добродетели и эффективности. Она надеялась возродить старую Европу и одержать верх над атеистическим коммунизмом. И вот теперь она утверждает себя, как государство, стоящее над всеми остальными, призванное единолично управлять миром.

Разрушение Всемирного торгового центра и Министерства обороны — символов финансовой и военной мощи США, должно было помочь преобразить звёздный флаг. Начиная с этого момента, у Соединённых Штатов нет ни противников, ни партнёров, ни союзников. У них есть только враги или подданные. Официальная риторика погружается в манихейство: «Кто не с нами, тот против нас». Мир превращается в поле эсхатологического сражения, в котором США и Израиль воплощают Добро, а мусульманский мир — Ось Зла.

Этот идеологический поворот ознаменовал триумф доктрины Вулфовица над доктриной Бжезинского.

В конце 70-х годов Картер и Бжезинский решили победить Варшавский пакт без прямого военного столкновения, натравив на него мусульманский мир (сначала в Афганистане, затем в Югославии и в Центральной Азии), а военный потенциал США использовать для обеспечения энергозапасов страны (создание Central Command).

Но вслед за «Бурей в пустыни» Пол Вулфовиц предложил воспользоваться развалом СССР, чтобы выйти из ооновской системы коллективной безопасности и навязать безраздельное господство Соединённых Штатов и Израиля. С этой целью следовало максимально увеличить асимметрию военных потенциалов, развивая американо-израильский арсенал и не позволяя любой другой державе соперничать с ними. Это требовало, в частности, лишить Европейский союз даже малейшего намёка на проявление политической воли, утопив его в процессе вынужденного и неопределённого расширения.

Эти две стратегические доктрины были поддержаны различными группами экономического влияния. Те, кто мечтает о постоянном росте и расширении рынков, поставили на стратегию Бжезинского, чтобы обеспечить отступление социалистических режимов, а себе и своим постоянным клиентам — устойчивое энергоснабжение. Напротив, стремящиеся максимально увеличить сбыт оружия и спекулятивные доходы, рассчитывают на стратегию Вулфовица с тем, чтобы спровоцировать диспропорции и напряжённость, не опасаясь нестабильности, кризисов и войн, которые представляют собой источник обогащения.

Однако угроза нефтяного кризиса — то есть начало дефицита добываемой нефти — убедила мальтузианское общество, что нельзя гарантировать мир в среднесрочной перспективе, и что будущее за хищниками.

Современный мир должен противостоять экспансии двух государств: США и Израиля. Оба подчиняются логике, которая пожирает их изнутри: они сосредоточили все свои силы на умножении своей военной мощи в ущерб их мирному развитию. Почти все их усилия направлены на гонку вооружений, именно поэтому мир для них неприемлем. Они обречены двигаться по этому пути или проиграть. Однако их аппетиты угрожают не всем одинаково и одновременно.

Европейцы повели себя, как страусы. Они не захотели знать правду oб 11 сентября, так как желали остаться союзниками США, хотя уже и были их добычей. Они безропотно приняли нападение англосаксов на Афганистан, создание ими длинного коридора, позволяющего в будущем выкачивать энергоресурсы Каспия, смирились с созданием обширных плантаций мака, позволяющим контролировать европейские рынки опиума и героина. Некоторые европейские страны во главе с Францией думали, что смогут воспротивиться вторжению в Ирак. Они лишь намекнули на суть проблемы и тотчас поплатились за свою смелость, будучи вынуждены оплачивать расходы на эту войну за счёт насильственной долларизации валютных резервов Центрального европейского банка. Продолжая отступать, европейцы пытаются сегодня играть роль посредников в отношениях с Ираном, как будто их дипломатические усилия могли в чём-либо повлиять на волю Империи.

Не предаваясь этим жалким попыткам замедлить ход событий, мусульманский мир и латиноамериканские государства проявили дальновидность. Они быстро сообразили, что после того, как их уже использовали в качестве регулируемых переменных во время «холодной войны», а затем и пешек на «большой шахматной доске» Збигнева Бжезинского, то теперь обрекают на уничтожение. Они были виноваты в том, что жили не в том месте. Первые мешали эксплуатировать запасы углеводородных энергоресурсов, вторые использовали свои земли для выживания, а не для производства продуктов биоэнергетики, необходимых для автомашин янки.

Поэтому вовсе не случайно, что шейх Зайед в Эмиратах, а потом и Саддам Хуссейн в Ираке и Башар Ассад в Сирии оказались первыми главами государств, пожелавшими открыто разоблачить ложь. Подчиняясь той же логике, сегодня оба главных лидера неприсоединившихся стран, венесуэлец Хуго Чавес и иранец Махмуд Ахмадинеджад, наиболее красноречиво высказываются по этому поводу.

Что касается русских руководителей, они разделились в соответствии с ранее существовавшей разницей в подходах. Те, кто был озабочен быстрым обогащением, не хотели скомпрометировать свой международный бизнес, оттолкнув от себя Соединённые Штаты. Напротив, те, кто мечтал восстановить статус сверхдержавы, думали ослабить позиции Вашингтона, разоблачив его ложь.

Будучи прагматиком, Владимир Путин не был категоричен, но постарался действовать так, чтобы Россия могла извлечь максимум пользы из этой ситуации. Он весьма сдержанно осудил войну в Афганистане, его явно забавляло то, как США разрушали государство талибов, которое сами же и создали когда-то в основном в качестве тыловой базы для дестабилизации положения в Чечне. Он критиковал вторжение в Ирак, но, не желая конфронтации с США, предпочитал, чтобы они завязли в этой стране, исподтишка поддерживая боевиков. Такую же тактику он избрал и в Ливане, хотя и был удивлён — впрочем, как и все повсюду, — победой Хезболла над сионистским режимом. Сегодня он подыгрывает и нашим, и вашим в том, что касается Ирана.

Он последовательно позиционирует свою страну не как соперника США, но как защитника слабых, как арбитра. Исходя из этого, Путин воздерживается от каких-либо заявлений по поводу 11 сентября и охотно позволяет высказаться на этот счёт ветеранам КГБ.

После того, как они более или менее долго надеялись, что кошмарный сон когда-то кончится, правительства всего мира стали осознавать реальное значение проблемы, поставленной терактами 11 сентября и эволюцией Соединённых Штатов. Каждый должен позаботиться о защите своей страны, но это не должно мешать коллективному действию, чтобы обуздать хищника. На самом деле, вооружённые силы США и Израиля очень зависят от своих бывших союзников. Так, отказ турков позволить авиации США использовать своё воздушное пространство для бомбардировок Ирака вынудил Пентагон переместить свои силы и отсрочить нападение. Если бы и другие государства воспротивились, хотя бы также пассивно, войне, она не была бы развязана.

Однако переход к коллективным действиям предполагает лучшее знание способа существования империализма, а также возможного влияния координированных национальных действий. Именно этим должны сегодня заняться те, кто стримится сказать правду о событиях 11 сентября. В Центральной Америке жертвы эскадронов смерти Джона Негропонте должны обменяться опытом с жертвами иракскими. Индейцы Гватемалы, которые были согнаны в резервации израильскими советниками джунты, должны проявить солидарность с палестинцами, заблокированными в Газе. Похищенные и замученные в Латинской Америке в ходе операции Кондор должны встретиться с теми, кто был захвачен в Европе и подвергнут пыткам в ЦРУ. Именно этим мы и начинаем заниматься в рамках конференции Axis for Peace.

Ложь oб 11 сентября послужила основой для риторики администрации Буша. Настало время осознать, что невозможно бороться с политикой американской администрации, не разоблачив эту ложь.

[359] Тьерри Мейссан — Президент информационной сети «Вольтер» и конференции «Axis for Peace».

X