Сахалинский инцидент

Рубрика: Книги

Достойно упоминания и то, что среди документов, переданных президентом Ельциным в октябре 1992 года родственникам погибших американцев и представителю корейского правительства находилась карта, которая, как было сказано, основывалась на данных черного ящика корейского самолета. На карте показан самолет, вылетевший из Анкориджа, пересекающий Берингово море и Камчатку, и завершающий полет в центре острова Сахалин. Курс в целом схож с маршрутом, описанном в официальном отчете о событиях, который выдвинули американские и русские. На этой карте показан самолет, вылетающий из Анкориджа в 12:58 GMT а не в 13:00 GMT, как на самом деле вылетел KAL 007. Это также мог быть самолет, оборудованный средствами радиоэлектронной борьбы, в этом случае он скорее всего вылетел с авиабазы военно-воздушных сил Элмендорф, а не из международного аэропорта Анкориджа. Вместе с этой картой Ельцин передал советскую расшифровку черного ящика DFDR, из которой ясно, что самолет летел постоянным курсом 249 градусов. Маршрут на карте соответствует этому выводу. Почему военный самолет летел через Берингово море, используя это относительно неэффективное средство навигации, если только он не хотел имитировать KAL 007.

Если самолет, который имитировал KAL, летел тем же курсом, что и настоящий KAL, вполне резонно предположить, что KAL 007 летел каким-то другим курсом. На траверзе NABIE он контактировать со своим имитатором. В любом случае, он обменивался сообщениями по-корейски с самолетом, возможно военным, который находился заметно дальше к северу. Тот факт, что KAL 007 сообщил о сильном ветре вдоль северного курса, как это описано в официальной истории, не является доказательством того, что он а самом деле на этом курсе находился. Нет также доказательств, доказывающих, что он там был.

Как я говорил ранее, отчеты о позиции KAL 007, хотя и вводящие в заблуждение относительно географического положения самолета, c точки зрения времени и расстояния должны очень близко соответствовать тем, которые содержались в плане полета. Если они не совпадали, после гибели самолет не смог бы вовремя выйти на официально назначенный курс у Ниигаты. Начиная с пролета над контрольной точкой BETHEL когда самолет находился над сушей и под наблюдением радара контрольные точки, о которых он сообщал, были просто точками с определенными координатами в океане. Гражданские авиадиспетчеры не могли проверить доклады самолета о проходе этих точек. Тем не менее, NIIGATA имела свои отличия.

Капитан Чун легко мог выяснить, где он находился. Держа курс на NIIGATA, что он сделал на самом деле, и о чем мы знаем это по положению обломков и радиообмену, он, без сомнения, надеялся вновь выйти на официально назначенный курс не допустив, чтобы кто-нибудь понял, или, может быть, точнее сказать, был способен доказать, что он когда-либо сворачивал с курса. Но контрольная точка NIIGATA, как и BETHEL, находилась на суше и была оснащена радаром. Прибытие самолета в эту точку было бы просто записано на пленку. В соответствии с полетным планом, KAL 007 должен был прибыть туда в 19:30 GMT. Если бы KAL 007 не погиб, так, возможно, и произошло бы.

Основываясь на обязательном времени прибытия, если мы отложим назад от Ниигаты расстояние 485 морских миль, соответствующем маршруту KAL 007 между NOKKA и NIIGATA, мы с удивлением увидим, что если бы экипаж KAL 007 оказался прав в своих оценках, самолет мог бы прибыть в точку, где, как говорит американская версия, истребитель 805 выпустил свои ракеты в 18:26:20. Если капитан Чун хотел пройти контрольную точку NIIGATA в 19:30, а я предполагаю, что он действительно этого хотел, тогда во время прохода контрольной точки NOKKA в 18:26 он мог бы оказаться над проливом Лаперуза, над международными водами между Японией и Сахалином. Он не оказался бы над Сахалином, где его мог бы сбить советский перехватчик. Еще раньше я добыл ясные доказательства того, что перехват 805-го, как и другие события, зафиксированные на пленке Киркпатрик, произошли во время второго часа, в 19:26 GMT, а не в 18:26. Я понял также, что факты, говорящие о полете KAL 007 к югу по направлению к Ниигате доказывали еще раз, что целью истребителя 805 был не корейский авиалайнер, а другой самолет. Или KAL 007 не пролетал над Сахалином или же он прошел над островом за 9 минут до любого другого самолета, что, мягко говоря, невероятно. Если бы он сделал это, то был бы сбит прямо на месте.

Те же самые умозаключения применимы к Камчатке и указывают на то, что KAL 007 должен был покинуть Камчатку за 9 минут до того, как об этом было объявлено прежде, то есть, в 16:59 GMT, а не в 17:08 GMT. И в этом случае, или KAL 007 пересек Камчатку за 9 минут до других самолетов, или он не пересекал Камчатку вообще.

Передача KAL 007 в 18:27 GMT обычно считается его последней и являющейся сигналом бедствия. В главе 7 я показал, что она не была ни тем, ни другим. Передача началась как обычный доклад о местоположении, а именно о том, что KAL 007 прошел контрольную точку NOKKA в 18:26, что и предусматривалось по плану. После первоначального вызова Токио, и после получения разрешения Токио продолжать сообщение, — все это было обычной процедурой и ничего подобного не было бы сделано в аварийной ситуации, — сообщения авиалайнера стали почти неразборчивым. Это произошло потому, что передача оказалась непреднамеренной и отражала звуки в кабине самолета.

В тот самый момент, когда пилот собирался доложить о своей позиции, по громкоговорителю, установленному в кабине KAL 007 послышалось сообщение о тревоге на той частоте, на которую было, по всей очевидности, настроено радио авиалайнера. Корейский пилот, застигнутый этой неожиданностью, не понял, что было сказано, потому что он говорил в это время с Токио, и, скорее всего, попросил своего собеседника повторить сообщение, но забыл сменить частоту. Вот почему слова записанные включенным микрофоном, оказались на пленке Нарита: «Повторите условия…» и «Кровавая баня... очень плохо».

Три минуты спустя, в 18:30:05 GMT на назначенной частоте KAL 007 передал одно только слово «Roger» [«понял» или «хорошо» — Е.К.]. Знал ли капитан Чун, что его радиопередатчик был все еще настроен на частоту Токио? С этого момента он больше не отвечал на вызовы Токио и продолжал лететь к Ниигате, имитируя выход радио из строя.

Официальное объяснение того, почему передача KAL 007 в 18:27 прекратилась на полуслове, заключается, конечно же, в том, что советский перехватчик 805 выпустил в авиалайнер ракету в 18:26 GMT. Тем не менее, мы видели, что КAL 007 погиб не у берегов Сахалина, а в 400 милях к югу, у побережья Хонсю; что предположительное сообщение в 18:26 GMT истребителя 805 «Пуск произвел» было сделано в 19:26 GMT, а не в 18:26 GMT и что целью 805-го не мог быть, таким образом, корейский авиалайнер. Мы видели также, что в 18:30:05 KAL 007 передал слово «Roger», и что он сделал два коротких сообщения, первое в 18:52 KAL 015 и второе началось в 19:09 KAL 050.

KAL 007 мог вообще не пролетать над Сахалином.

Рис. 21. KAL 007 мог вообще не пролетать над Сахалином. Положение самолета к северу от Ниигаты, где он погиб и скорость, которую он держал, чтобы добраться туда вовремя, предполагает, что он прошел над проливом Лаперуза и мог не пролетать над Сахалином.

Тот факт, что последние передачи (19:09, 19:10 GMT) были записаны в аэропорту Нарита наземным контролем показывают, что в то время KAL 007 находился на такой высоте и гораздо дальше к югу, чтобы оказаться в пределах зоны видимости из Токио. Эти передачи, вполне распознаваемые логически, на слух и посредством анализа голосовых отпечатков указывают на то, что капитан Чун собирался оставить Токио в неопределенности где он находился до того, как вновь не вышел на официально назначенный маршрут у Ниигаты. Именно поэтому на своем пути на юг от Сахалина KAL 007 не использовал транспондерный код, который он должен был использовать — 2000 в режиме «C», — как гражданский самолет, приближающийся к воздушному пространству, контролируемому японскими радарами со стороны океана, — но скорее всего подражал транспондеру KAL 015.

В Токио, судя по действиям авиадиспетчера, наблюдали два самолета на экране радара, идущих по направлению к Ниигате. Оба самолета просили доложить о прохождении контрольной точки NOKKA около часа назад, но только один из них — KAL 015 находился на назначенном ему маршруте через Тихий океан. Диспетчер не мог идентифицировать два эха на своем радаре. Он подозревал, что они принадлежат двум корейским самолетам, которые должны были лететь по одному и тому же маршруту с несколькими минутами разницы. Тем не менее, он потерял радиоконтакт с KAL 007 и, когда он попросил KAL 015 изменить транспондерный код, оба эха реагировали на этот запрос одинаковым образом. Диспетчер просил KAL 015 изменить транспондерный код три раза и в быстрой последовательности и все равно не смог разрешить загадку, в то время как даже однократного изменения транспондерного кода достаточно для того, чтобы идентифицировать любой нормально ведущий себя самолет.

Тем временем, действуя в соответствии с правилами, токийский контроль попросил другие самолеты, находящиеся поблизости от KAL 007 постараться с ним связаться. В 18:54:48 GMT KAL 007 ответил кодом и на корейском, на вызов KAL 015. KAL 015 ответил «Roger», показывая, что он понял и не стал вызывать вновь. Он также не смог проинформировать Токио, что смог связаться с KAL 007. Было 19:06:30 GMT (04:06:30 по токийскому времени, 06:06:30 по сахалинскому), начало второго часа битвы над Сахалином, идущей дальше к северу. В течение прошедших 39 минут с момента прерванного сообщения в 18:27 GM, KAL 007 не отвечал на вызовы из Токио.

Через полчаса после того, как авиалайнер перестал отвечать на запросы, центр управления полетами должен был объявить о наступлении INCERFA, фазы неопределенности, которая предполагает, что самолет, с которым была потеряна связь, летел нормально и следовал своим курсом. Для KAL 007 INCERFA была объявлена в 18:56 GMT, через полчаса после ETA самолета в точке NOKKA, когда он не смог завершить вызов Токио, рапортуя о прохождении этой контрольной точки. Из-за задержек на телетайпе, фаза INCERFA не наступила до 19:05 GMT. Когда INCERFA вступает в силу, маршрут самолета стремятся обезопасить и, если необходимо, маршрут других самолетов меняется так, чтобы избежать возможного столкновения. Именно так было проделано с KAL 050. В 19:12:55 KAL 050 попросил разрешения двигаться в «направлении NOHO». Диспетчер в Токио ответил:

KAL 050, ожидайте приказа двигаться в направлении NOHO вследствие того, что у нас объявлено движение в режиме INCERFA из-за самолета вашей авиакомпании, выполняющего рейс 007. Он следует на высоте FL300.

Согласно процедуре INCERFA диспетчер в Токио должен был предположить, что KAL 007 все еще нормально летел на высоте FL350 и попросил KAL 050 подняться на высоту FL390 прежде чем разрешил ему следовать «по направлению к NOHO», так, чтобы сойти с предполагаемого полетного маршрута KAL 007.

В 19:07 GMT или лишь две минуты после того, как INCERFA вступила в действие, в диспетчерском центре аэропорта Нарита зазвонил телефон.

— Это Сектор Один. Вам звонили из Спасательного центра?

— Нет!

В контексте процедуры гражданской авиации в этот момент ничего еще не оправдывает звонок из Спасательного центра. Обычно это происходит только гораздо позже. После INCERFA наступает фаза ALERFA или фаза тревоги, во время этой фазы руководители гражданской авиации готовят операции по поиску и спасению (SAR), которые начнутся во время бедствия, или стадии DETRESFA. В случае с KAL 007 ALERFA была объявлена в 19:22 GMT и DETRESFA в 20:50 GMT. Примечательно, что Сектор Один в это же время спросил о звонке из Спасательного центра. Спасательный центр являлся составной частью JMSA, японских морских сил самообороны, которые не получили уведомление о DETRESFA до тех пор, пока она была объявлена контрольным центром в 20:50 GMT. Но без сомнения, сведения о том, что в районе Сахалина происходит что-то необычное, уже распространились повсюду.

Через несколько секунд после телефонного звонка, сделанного Сектором Один, KAL 050 удалось связаться с KAL 007 и передать ему сообщение от токийского контроля, который просил связаться с Токио на частоте 118.9 MHz («one one eight decimal nighner»), как объясняется в главе 7. Затем, в течение трех минут они говорили между собой по-корейски. Очевидно, KAL 007 не хотел, чтобы кто-нибудь знал о том, что он ответил на вызов. Кажется, что он разрывался между двумя крайностями — желанием максимально сократить объем радиопереговоров и желанием успокоить другие экипажи KAL, которые пытались с ним связаться.

Как мы уже видели в главе 7 KAL 007 не связался с Токио, как ему было предложено сделать через KAL 050. Возможно, кроме вызовов KAL 015 и KAL 050 в 19:13 GMT, передачи KAL 007, адресованные KAL 050 в 19:09 и 19:10 были последними. Мы не знаем точно, когда он погиб. Должно быть это произошло примерно в следующие 20 минут, до того, как он смог идентифицировать себя Токио и сообщить о прохождении контрольной точки NIIGATA. Пройдя идентификацию на японском гражданском радаре он безусловно смог бы избежать уничтожения. Я нашел обломки лайнера на берегах Хонсю очень далеко к югу, у Мураками, всего в 25 морских милях от Ниигаты. Если Мураками расположен на траверзе точки катастрофы, KAL 007 в момент катастрофы находился менее чем в 4 минутах от контрольной точки и (учитывая время для составления и передачи доклада о позиции) в 6-7 минутах от своего спасения.

Над Японским морем, неподалеку от Ниигаты KAL 007 находился, без всякого сомнения, в одиночестве. В море, не так далеко от него, находился фрегат ВМС США «Баджер» и возможно, другие суда, например, «Эллиот». Согласно советским данным, «Баджер» выполнял миссию по сбору разведывательной информации «у Владивостока». Но Ниигата, географически, является самым близким портом Японии по отношению к Владивостоку, их разделяет только Японское море. Иначе говоря, сказать «у Владивостока» — то же самое, что и «у Ниигаты». И в небе в 19:13:54 GMT находился американский самолет, FB 650 военно-морского флота США, который летел под управлением гражданского контроля и которому было сказано, что помощь с использованием радара прекращена. Самолет попросил разрешения опуститься на высоту FL190, и обозначил приблизительное время прибытия в контрольную точку KADPO как 19:27, через 13 минут.

По всей вероятности в небе, неподалеку от Ниигаты, находился другой самолет. Японский самолет — охотник за подводными лодками P2J патрулирует японское побережье круглосуточно, 365 дней в году. Немного ранее, той же ночью, Северное командование японских воздушных сил самообороны было приведено в состояние DEFCON 3, на один уровень ниже всеобщей мобилизации. Семьдесят два истребителя, половина находдящихся в строю активных истребителей японских воздушных сил, были собраны на авиабазе в Читозе. На более низком уровне тревоги, две пары истребителей обычно поднимаются в воздух и следуют в район, в котором разворачиваются какие-то тревожные события. На этот раз, ввиду сумятицы в небе над Сахалином, в воздух могли подняться один или два эскадрона по 12 самолетов каждый. Если судить по обычной процедуре JASDF, согласно которой истребители поднимаются в воздух в ответ на появление самолетов, идентифицированных как враждебные системой «Бадж», некоторые из этих 72 истребителей перед посадкой в Читозе могли участвовать в миссиях, поднявшись в воздух со своих собственных баз. К ним мы должны также добавить американские истребители, которые были подняты в воздух с авиабаз США Мисава и Йокота.

На высоте KAL 007 в течение еще нескольких минут стояла ночь: рассвет начинался в 04:16 по местному токийскому времени или в 19:16 по GMT. В 19:14:56 GMT два диспетчер в Токио в надежде идентифицировать радарное эхо KAL 015 попросил его еще раз сменить транспондерный код и изменить курс на 35 градусов (с 240 на 280) «для подтверждения». Это сработало. Идентифицировав KAL 015 Токио приказал ему продолжать следовать «по направлению к Ниигате».

В 19:28:50 GMT FВ 650 сказал Токио, что достиг контрольной точки KADPO, отменил план полета по приборам (IFR) и перешел на радиосвязь с использованием военных каналов. FB 650 начал затем патрулирование над самой водой. Но почему он патрулировал на сверхмалой высоте? И что он искал? Контрольная точка KADPO расположена над Японским морем, к северу от Ниигаты. Она также находится на кратчайшем пути от Сахалина. Тот факт, что район KADPO имел в случае KAL важное значение, соответствует тому, что через две недели 13 сентября 1983 года две пары японских истребителей были посланы на перехват советских самолетов над KADPO. Значение этого подчеркивается тем, что JDA привлекло к этому случаю внимание международной прессы.

В чем заключалась миссия FB 650? Мы впервые слышим как он вызывает Токио в 19:13:54 GMT, сообщая свое ETA в KADPO. Это примерно cоответствует самому раннему времени, когда KAL 007 мог быть уничтожен, что, скорее всего, произошло несколькими минутами ранее. У токийского диспетчера были свои сомнения относительно идентичности KAL 015 до 19:16:23 GMT, когда он приказал ему лететь "по направлению к Ниигате". Его неуверенность относительно идентичности KAL 015 могла быть разрешена тем, что радарная отметка KAL 007 просто исчезла с экрана. Или, возможно, это могло быть связано с тем, что KAL 007 не мог лететь по тому маршруту, который был назначен ему диспетчером. Этот маршрут мог только удалить его от Ниигаты, которой он намеревался достичь точно по расписанию.

Самолет FB 650 военно-морских сил США, таким образом, направлялся в точку KADPO до того, как KAL 007 встретился со своей все еще неизвестной Немезидой. Откуда FB 650 мог знать, что на поверхности воды может находиться нечто, представляющее интерес? И что это могло бы быть? Или, в то время как FB 650 следовал в KADPO, было ли его задание изменено после получения информации о катастрофе?

X