Перу и Боливия задолго до инков

Рубрика: Книги

Если исходить из того, что первыми строителями в Чавин-де-Унтаре были некие «боги» (то есть представители очень высоко развитой в техническом отношении цивилизации), то версия историков о том, что комплекс (по крайней мере на определенном этапе) выполнял роль религиозно-культового центра вполне может соответствовать действительности. Индейцы чавин, перед глазами которых были наглядные свидетельства могущества «богов» в виде руин их сооружений, могли – и даже скорее всего должны были – считать это место священным. Другое дело, что это абсолютно ничего не говорит об исходном предназначении комплекса, которое запросто могло быть лишено какого-либо религиозного налета и нацелено на выполнение сугубо утилитарных функций, то есть иметь вполне «приземленное» практическое назначение. Но какое?..

Тут можно высказать сразу несколько версий, на которые выводят некоторые особенности Чавин-де-Унтара.

Так, скажем, исследователей давно занимает загадка довольно сложной подземной гидротехнической системы каналов, буквально пронизывающей всю площадь комплекса. С помощью этих каналов вода забиралась из реки Вачекса и подавалась в сооружения комплекса – как в сами постройки, так и в бассейны (а по некоторым утверждениям, и в некую вместительную емкость под квадратным бассейном). Непосредственно за площадью все водные потоки сходились воедино, а затем по каналу вода сливалась в другую реку – реку Мосна.

Представляется достаточно очевидным, с точки зрения обычной логики, что выбор расположения комплекса в таком месте слияния двух рек, которое было удобным для создания подобной системы каналов, не случаен и связан, скорее всего, с необходимостью использования проточной воды. Но в чем именно заключалась эта необходимость?..

Вот одна версия:

«Археологические и гидрографические исследования показали, что чавинцы были не просто великолепными строителями каналов и акведуков. Они умели использовать и воду ледников из верховий Вачексы, по всей видимости, в обрядовых или же календарных целях. С наступлением теплого сезона ледники начинали таять, и уровень воды в Вачексе поднимался до уровня юго-западного угла Чавина. Тогда считавшаяся девственно чистой вода все сильнее заливала широкую платформу вокруг основных построек, каскадом спускалась к площади и затем устремлялась в реку Мосна, продолжая свой путь на север. Таким образом, в галереях создавался резонанс, многократно увеличивавший шум потока, – в эти моменты вся храмовая сакральная часть святилища буквально ревела и грохотала. Можно предположить, что горное эхо также производило определенный акустический эффект. Когда же таяние прекращалось, уровень воды опускался, и все возвращалось в обычное состояние. Для земледельцев, следящих за временем посевов, этот знак имел жизненно важное значение. Поскольку большая часть Чавина расположена в горной местности, приходилось бороться за каждый клочок земли, чтобы получить с него урожай».

Читая подобные строки, невольно начинаешь испытывать ощущение, что их автор считает полными идиотами как своих читателей, так и строителей комплекса. Как будто им больше делать было нечего, кроме как строить сложную систему каналов всего лишь ради усиления громкости звучания текущего потока. И как будто нельзя было отследить начало и конец таяния ледников по обычному изменению уровня воды в реке…

С другой стороны, такие версии – хороший показатель безнадежности принятой в академической науке точки зрения на древнюю историю. Ведь для того, чтобы убедиться в ошибочности какой-то теории, нужно довести ее до логического абсурда, а именно это в приведенной цитате мы и наблюдаем…

Совсем иная версия представлена в популярной «альтернативной» литературе. Авторы этой версии опираются на то, что в современной промышленности вода является необходимым элементом для многих производственных процессов. Проводя соответствующие аналогии, они приходят к заключению, что Чавин представлял собой нечто типа горно-обогатительного комбината, в котором осуществлялась промывка породы – как вариант, в целях добычи золота или каких-то иных металлов.

Однако эта версия также не выдерживает критики. Во-первых, в этом случае в комплексе или рядом с ним должны были бы находиться целые отвалы пустой породы, чего совершенно не наблюдается. И во-вторых, для промывки породы в ходе добычи, скажем, золота вовсе не обязательно строить целую систему каналов. Старатели во все времена вполне обходились использованием воды, текущей непосредственно в реке. А тут их целых две – не нравится по каким-то причинам одна, можно перейти к другой…

А может быть, все гораздо проще?.. Зачем мудрить там, где в этом нет никакой необходимости?..

Может, это были обычные коммуникации, подводящие чистую воду сугубо для бытовых нужд, а затем и отводящие использованную воду в качестве канализации... Почему бы и нет...

По крайней мере подобная версия не раз у нас возникала в дальнейшем, когда мы наблюдали различные системы подвода и отвода воды в других сооружениях Перу. Древним строителям явно не чуждо было стремление к чистоте и соблюдению гигиены.

Другое дело, что для индейцев с их ручным трудом подобные трудозатраты – излишняя и чрезмерная роскошь. Но для высоко развитой в техническом отношении цивилизации, представители которой и  строили «первую очередь» комплекса Чавин-де-Унтара, создание такой системы каналов явно не представляло каких-либо серьезных проблем.

Хотя можно выдвинуть и несколько иную, «менее бытовую» версию. Но для этого сначала обратим внимание еще на одну особенность комплекса.

* * *

Внешний вид сооружений комплекса Чавин-де-Унтара совершено не соответствует нашим представлениям о храмах, хоть они и имеют такие названия. Ну какие это храмы?.. Вот бассейн – сразу видно, что бассейн. Центральная площадь – она и есть площадь. Сомнений не возникает. А что это за храмы с абсолютно глухими стенами без каких-либо окон, да еще и со «входом» на крыше или сразу под ней?!.

Немало вопросов вызывает и конструкция этих «храмов». Пространство внутри внешних стен сооружений Чавина заполнено землей и битым камнем, и уже эта толща пронизана многочисленными «подземными» (хотя основная часть их находится реально выше уровня земли) галереями. Наряду с высокими и довольно широкими коридорами здесь есть довольно узкие шахты, предназначенные скорее всего для вентиляции и стока воды. Коридоры снабжены нишами и лестницами и ведут в другие туннели или в небольшие помещения. Все это без искусственного освещения погрузилось бы в непроглядную тьму, и лишь кое-где через узкие вентиляционные отверстия пробивался бы редкий луч света.

Более того, стены и перекрытия сложены из очень грубо обработанных блоков, хотя и достигающих порой веса в несколько тонн. Да и кладка не очень хорошо выровнена. Возникает полное ощущение, что все это абсолютно несовместимо с понятием «жилое помещение», равно как и с понятием «место для богослужения».

Если и проводить какие-то аналогии в рамках привычных нам понятий, то внутренние коридоры, комнаты и ниши в целом больше похожи на какое-то складское или даже производственное помещение, из которого просто все вынесли. Причем помещение, которое не предназначено для непрерывного там пребывания (людей или богов – не важно), а сконструировано либо для длительного хранения чего-то типа «стратегического запаса», либо для размещения оборудования, работающего большей частью в автономном режиме и требующего лишь редкого периодического контроля за его функционированием. А если учесть особенности общей планировки внутренних помещений, то, пожалуй, наиболее подходит именно второй вариант – вариант помещения для работающего автономно оборудования.

Более того. Вряд ли общая конструкция «храмов» с засыпкой землей и камнем пространства между внешними стенами и стенами внутренних помещений случайна. Она явно выполняла вполне определенную функцию. Но какую?.. Здесь может быть сразу несколько вариантов.

Во-первых, толстый слой земли под внешней каменной оболочкой внешних стен является неплохим «броневым щитом» от всевозможных внешних механических воздействий. И надо сказать, что вся конструкция «храмов» очень сильно напоминает хорошо защищенный бункер – только бункер, не скрытый под землей, а возвышающийся над ней.

Во-вторых, этот слой (особенно с учетом использования гранита в качестве материала для внешних стен) является также хорошей защитой от электромагнитного, радиационного и прочего излучений.

И в-третьих, при такой конструкции получается хороший «термос», позволяющий сохранять определенный температурный режим во внутренних помещениях практически вне зависимости от времени года и времени суток.

Вполне возможно, что строители Чавин-де-Унтара использовали все эти три преимущества, которые позволяли создать внутри сооружений стационарные условия сразу по многим параметрам. Такие стационарные условия вполне могли быть необходимы и для склада «стратегических запасов», и для длительной работы оборудования, капризного в отношении воздействия внешних факторов.

Еще более того. Работающее оборудование – по крайней мере привычное для нас – нередко выделяет тепло, с которым приходится бороться всеми возможными способами. И один из таких способов, который применяем мы, – использование для охлаждения проточной воды. Тогда получается, что система каналов, проходящих в недрах «храмов» могла предназначаться вовсе не для бытовых нужд, а как раз для охлаждения воздуха во внутренних помещениях, равно как и для охлаждения непосредственно работающего оборудования. Если же учесть, что вода в быстрых горных реках (да еще и на подобной высоте) очень редко сколь-нибудь серьезно нагревается, то мы получаем еще один фактор, работающий на поддержание внутри сооружений Чавин-де-Унтара стационарных условий.

Бассейны в этом случае вполне могли служить в качестве резервуаров, в которых нагревшаяся внутри «храмов» вода смешивалась с водой, забираемой из Вачексы, уравновешивая таким образом общую температуру водной массы, сбрасываемой в Мосну.

А если еще больше развернуть фантазию, то такое смешение могло происходить в подземном резервуаре, находившимся под квадратным бассейном (см. ранее). Сам же квадратный бассейн в этом случае выполнял роль своеобразного маскировочного щита, закрывая массой своей холодной воды тепловое излучение от подземного резервуара так, что с орбиты или с воздуха никакие тепловизоры не просматривали каких-либо признаков активной деятельности…

Версия своеобразного наземного бункера с размещением в нем работающего в автономном режиме оборудования позволяет объяснить и определенную «небрежность» его внутренних помещений, то есть использование грубо обработанных блоков теми строителями, которым сделать ровные гранитные плиты не составляло никаких проблем. Тут в идеально ровных стенах и перекрытиях просто не было никакой необходимости – оборудованию для работы эстетики и красоты условий не требуется.

И последнее. В варианте такого бункера можно допустить и объяснить то отсутствие срединных участков лестниц, ведущих на верх Кастильо, о котором упоминалось ранее. Боги – то есть представители высокоразвитой цивилизации – были абсолютно не заинтересованы в том, чтобы оставленное в режиме автономной работы оборудование было потревожено какими-то любопытными «говорящими мартышками» в лице местных индейцев. А посему лестницы, ведущие наверх, не имели вообще никаких «срединных участков» – их начало так и «повисало в воздухе» с момента строительства, затрудняя доступ туда незваным гостям из числа местных обитателей.

Вполне возможно, что и столь труднодоступный горный район изначально выбирался в качестве места для строительства бункера с целью сведения к минимуму возможности проникновения сюда нежелательных лиц.

Но это так – лишь вольное развитие версии, в котором нет особой необходимости…

Единственное, что, на первый взгляд, смущает в версии строительства «бункера» цивилизацией богов – наличие явных признаков вторичного использования стройматериалов во внутренних помещениях. Во-первых, наряду с грубо обработанными каменными глыбами тут попадается несколько хорошо обработанных блоков. А во-вторых, в стенах есть блоки, на которых сохранились остатки барельефов, – эти блоки явно находятся не на своем «родном» месте.

Но этот «смущающий момент» вполне объясним в рамках версии, согласно которой индейцы не выстраивали полностью заново «храмы», а лишь провели их небольшой ремонт, использовав ровные блоки и блоки с остатками барельефов так, как им взбрело в голову.

Тогда получается, что бункер не был разрушен до самого своего основания. Основная часть его конструкций сохранилась.

То же, что индейцы затем использовали отремонтированный таким образом бункер для своих собственных нужд, сомнений не вызывает – в ходе археологических раскопок во внутренних помещениях Чавин-де-Унтара было найдено немало местной керамики. Но и было бы странным, если бы индейцы этого не делали. Есть хорошее сооружение – чего бы его не использовать. И не только в качестве действительно храма, но и просто для жизни.

Помимо индейцев над восстановлением «храмов» потрудились явно и современные реставраторы. И хотя археологи в Перу гораздо более аккуратны в облагораживании древних памятников для посещения туристами, нежели это имеет место в Египте или Мексике, но все-таки определенные изменения в исходное состояние сооружений Чавин-де-Унтара они все-таки внесли. Поэтому определить, до какой степени был разрушен исходный бункер, и понять, только ли естественные причины лежали в основе этих разрушений, сейчас практически невозможно…

* * *

Любопытно, что Чавин-де-Унтар демонстрирует поразительное сходство в некоторых элементах с целым рядом других древних памятников и культур в самых разных регионах.

Так историки не только датируют Чавин наравне с ольмеками, но и отмечают его сходство с этой мезоамериканской цивилизацией, удаленной к северу от Чавина на несколько тысяч километров.

«Дополнительно волнует умы то обстоятельство, что культуры ольмеков и чавинцев содержат явно не случайные общие элементы: деформация черепов, культ ягуара, человеческие жертвоприношения и так далее. С другой стороны, неолитическая материальная культура этих племен настолько различна, что наверняка возникла независимо. То есть, ольмеки и чавинцы произошли из какого- то общего, необнаруженного центра».

Интересное сочетание, не правда ли – абсолютно разная материальная культура, но очень схожая идеология!..

Будучи ограниченными рамками принятых в академической науке подходов, историки вынуждены искать причины такого сходства чавинцев и ольмеков в наличии у них неких общих предков, что заводит историков и археологов в тупик – таких общих предков не обнаруживается.

Но если бы дело касалось только ольмеков!..

Еще на стадии подготовки к поездке у нас возникло подозрение, которое переросло в уверенность сразу же, как только мы зашли на территорию комплекса Чавина – местные архитектурные и строительные приемы обнаруживают колоссальное сходство с некоторыми сооружениями в мексиканском Паленке!.. Особенно отчетливо это было видно на кладке, обрамляющей квадратный бассейн – те же вертикально стоящие плоские плиты облицовки наряду с горизонтально уложенными «перемычками», что наблюдается в так называемых внутренних двориках Дворца в Паленке!.. Да и сами внутренние дворики в Паленке легко можно принять за те же бассейны, только меньшего размера...

А ведь Паленке историки относят к культуре майя, возникшей через тысячи лет после ольмеков!..

В Чавине есть еще одна немаловажная деталь:

«На внешних стенах храма красовались когда-то более двухсот каменных голов устрашающего вида – частично голов животных, но главным образом человеческих. Ныне из этих ужасных голов на своем месте осталась всего лишь одна. У всех этих голов из Чавина торчащие клыки и типичные большие носы, а также странный шишкообразный нарост на макушке. Смысл этих изображений непонятен. Особенно странно, что эти неприветливые каменные лики должны были встречать странников, совершающих изнурительное паломничество в Чавин».

Ныне часть этих голов находится в музее Чавина…

Аналогичные устрашающие головы в качестве «украшений» на стенах есть в другом древнейшем центре Южной Америки – в Тиауанако (см. далее Рис. 218), расположенном в соседней Боливии. При этом от Чавина до Тиауанако более 1200 километров, и маршрут пролегает сплошь через горные цепи!..

Однако и это «мелочи», поскольку еще дальше – на расстоянии 4000 километров от Чавина только уже в другую сторону – в Теотиуакане, древнейшем центре Мексики, мы вновь можем увидеть «украшения» в форме голов устрашающего вида. Правда, в этом случае мы имеем дело с головами Кетцалькоатля (напоминающими голову дракона) или с головами ягуара (снова ягуар!).

Внешний облик голов, конечно, разный. Но способ их крепления в стенах абсолютно одинаковый во всех трех регионах!.. Голова представляет из себя лишь окончание блока, основная часть которого уходит в каменную кладку. А ведь это – далеко не единственный строительный способ, который можно было бы использовать для создания подобных «украшений». И все-таки в трех весьма удаленных друг от друга древних центрах мы наблюдаем один и тот же технологический прием!..

Чавинцы, ольмеки, майя, культуры Тиуанако и Теотиуакана…

Не многовато ли для потомков единого культурного предшественника?.. Да еще и при таком территориальном разбросе…

Явно многовато, что уж там говорить.

Однако ни в каком общем народе-предшественнике у нас не возникнет никакой необходимости, если мы обратимся к древним легендам и преданиям, представляющим, по сути, своеобразные «показания очевидцев». Эти легенды и предания у всех упомянутых выше народов утверждают, что их культуры порождены некими «богами», которые оказываются представителями одной и той же высоко развитой цивилизации. Естественно, что в таком случае сходство различных индейских культур даже на разных континентах не только возможно – оно просто неизбежно!..

Более того. И Чавин, и Паленке, и Тиуанако, и Теотиуакан сохранили в себе признаки строительства «первой очереди» именно этой самой высоко развитой цивилизацией «богов». Естественно, что и в строительных приемах, использованных этой цивилизацией в разных местах, неизбежно будет прослеживаться определенное сходство. И расстояния между разными объектами тут не будут иметь никакого значения, поскольку уровень развития этой цивилизации настолько высок, что ей явно не составляло никаких проблем перемещаться с континента на континент…

Между прочим, так озадачивающий автора приведенной выше цитаты устрашающий вид голов в Чавине вполне объясним в рамках версии строительства комплекса высокоразвитой древней цивилизацией «богов». Ни в каких паломниках строители комплекса не нуждались. А вот отпугнуть лишний раз назойливых «говорящих мартышек» от бункера с ценным оборудованием не мешало. И устрашающий вид «украшений» на стенах вполне мог работать на решение этой задачи…

X