Библейские картинки

Рубрика: Книги

Картинка 22. «Руфь». Прабабушка царя Давида или,

как устроиться в жизни одинокой женщине

В Книге Руфи нам поведали историю о небольшом периоде жизни прабабушки царя Давида. Это случилось во времена 300-летнего судейского правления. Некий Елимелех с женой Ноэминью и двумя сыновьями Махлоном и Хилеоном, по причине голода, преселились из Вифлеема на «поля Моавитские». Там сыновья взяли в себе в жёны иноплеменниц — моавитянок Орфу и Руфь. Муж и сыновья Ноэмини умерли, и она решила вернуться на родину в Иудею. Преданные невестки решили последовать за ней. Однако, приведя многочисленные веские доводы, в том числе и тот, что молодым девушкам не стоит ждать, пока она родит им по мужу, свекрови удалось Орфу оставить в Моаве. В то же время, Руфь настолько горячо убеждала Ноеминь в преданности ей, её народу и, самое главное, её Богу, что та не устояла перед клятвами Руфи и взяла невестку с собой в Вифлеем. Обе женщины весьма нуждались, поэтому снохе, чтобы как-то прокормиться, пришлось идти на чужие поля и собирать колоски, оставшиеся после жатвы.

Её приметил хозяин поля по имени Вооз и в награду за то, что она пришла успокоиться под крылами еврейского Бога, приказал своим жнецам не прогонять симпатичную девушку, наоборот, давать ей побольше колосков и поделиться с нею хлебом с уксусом. Щедрый благодетель оказался к тому же дальним родственником свекрови. И практичная женщина тут же нашла способ, как пристроить Руфь.

«И сказала ей Ноеминь: вот, в эту ночь он на гумне веет ячмень. Умойся, помажься, надень на себя нарядные одежды свои и пойди на гумно, но не показывайся ему, доколе не кончит есть и пить. Когда же он ляжет спать, узнай место, где он ляжет. Тогда придёшь и откроешь у ног его, и ляжешь; он скажет тебе, что тебе делать» (Руфь. 3:1-4).

Исполнительная сноха сделала всё в точности. Умылась, намазалась, нарядилась, пришла, открыла, чего надо, и легла. Вооз, несмотря на неожиданное появление у него под одеялом намазанной и принаряженной девицы, сразу признал в ней добродетельную женщину. Ещё бы, она ведь, не пошла искать молодых парней, а сразу же залегла к нему. Как истинный джентльмен, он поклялся «принять» её и «сделать ей всё, что она сказала», если другой родственник откажется это делать. А сказала она, кстати, следующее: «... простри крыло твое на рабу твою, ибо ты родственник» (Руфь. 3:9). Несмотря на то, что, по словам Библии, «распознать» друг друга они не смогли, Вооз отмерил красотке 6 мер ячменя.

Вооз и безымянный родственник поторговались, в результате чего, первый приобрёл «все Елимелехово и все Хилеоново и Махлоново» и простёр своё крыло над Руфью Моавитянкой, т.е., надо понимать, взял её в жёны. Всё закончилось просто сказочно. Верная Руфь к тому же осчастливила внуком свою свекровь от первого мужа (Какие странные у них родственные отношения). Внуку Овиду суждено было стать дедулей славного и воинственного еврейского царя Давида.

Выводы

1. Ура! После 250 прочтённых страниц текста Библии, попалась глава (книга) без крови, подлости и ненависти. Целых 4 страницы текста «священной книги» без единой кровавой жертвы, убийств, воровства и обмана! Наконец-то! А то мы уже начали, откровенно говоря, довольно сильно паниковать: как же так? Священная книга, а содержание — прямо бандитское какое-то! Может быть этой главой начинается новая страница еврейской истории с мирным творческим трудом, добрососедскими отношениями с другими народами, прогрессом, человеколюбием? Почитаем дальше — увидим!

2. А сейчас давайте попытаемся разобраться, о чём же нам поведал «женский роман» под названием «книга Руфи»? А поведал нам этот незатейливый рассказик об обычной бытовой ситуации, когда две одинокие женщины пытались наладить свою жизнь на определённом её этапе. Они что-то делали, шли на какие-то компромиссы, пытались выжить в существовавшем в то время еврейском обществе среди «молочных» рек и «кисельных» берегов, постоянно обещавшихся Иеговой еврейскому народу устами своих ближайших помощников — левитов.

3. Ни в коем случае не отрицая определённой литературной и исторической ценности этого рассказика для евреев, чтущих свою Тору до беспамятства, мы никак не можем заставить себя уразуметь, какое же нам дело до всех этих еврейских мифов и анекдотов? Почему эту еврейскую «Мурзилку» уже много сотен лет выдают за сборник неких священных текстов для всех других народов, текстов, в которых якобы содержится божественная мудрость?

4. А может, мы не понимаем самого главного? Может быть, всё намного проще, чем мы думаем? Может быть то, что мы читаем в Библии и есть ИХ мудрость? Может быть, никто и не думал лукавить в Библии, а наоборот, всё в ней является для НИХ настоящими откровениями, настоящей житейской мудростью? А мы — не догоняем! Мы не понимаем, что для людей, которые никогда ничего не творили своими руками и головой, значительно проще, быстрее, привычнее и удобнее убить и ограбить, чем придумать и создать! Тем более, что к этому их в течение многих лет и поколений, принуждал и приучал их племенной божок-паразит Иегова! (См. «Тёмная сторона Библии» в разделе «Публикации» нашего Сайта).

5. Ай, да Библия! Ай, да Книга книг! Ведь вполне возможна и реальна ситуация, когда для одних народов что-то является белым, а для других это же самое является чёрным! Тем более, это возможно, если эти вторые народы специально скрывают свои истинные идеалы, моральные нормы, предпочтения и верования (см. Лев Толстой. «К духовенству» в разделе «Публикации» нашего Сайта).

6. А зачем Библия навязывает всем «христианским» народам паразитические принципы жизни? Зачем библеписцы и их бесчисленные мордатые помощники в длинных рясах много веков одурманивают нас чуждыми нам идеями, образами и словами? Это — вопрос! Это — серьёзный вопрос! Давайте подумаем над ним некоторое время. Да и Библию продолжим читать. Наверняка там укажут цели своих деяний.

Картинка 23. «1 книга Царств».

Как евреям царя выбирали или пособие для начинающего рэкетира

«Первая книга царств» повествует о начале нового этапа в жизни еврейского народа — этапа появления царей. Однако прежде, чем вплотную заняться царями, первые 3 главы книги посвящены подробному описанию обстоятельств появления на свет и, так сказать, послужному списку последнего еврейского судьи — пророка Самуила. А именно, как его мать имела проблему — никак не могла родить ребёнка (Иегова — здесь уже Саваоф — заключил её чрево — опять вымогал что-то), как в храме она договорилась с ним, пообещав отдать в услужение своего первенца. Родился мальчик. Его поместили на воспитание в храм в Силоме к священнику Илии, который имел двоих сыновей-оболтусов. Они таскали мясо прямо из жертвенного котла, практически силой отнимали у жертвоприносителей сырое мясо для жаркого, не срезав, о, ужас, при этом, жир, чем отвращали народ от жертвоприношений. Кроме того, эти «священнические отроки» были весьма охочи до женщин — пользовали прихожанок, так сказать, не отходя от кассы — прямо у входа в скинию собрания. И вот, в то время, когда «слово Господне было редко, а видения — не часты», Самуил стал слышать Иегову и стал пророком...

Во время судейства Самуила евреям спокойная жизнь не обломилась — их частенько побивали филистимляне, да и добрый Боженька не отказывал себе в удовольствии, угробив как-то более 50 000 душ за любопытство (угораздило же избранных заглянуть в ковчег). Когда Самуил состарился, то передал бразды правления народом в руки своих сыновей. Однако Самуиловы опрыски не отличались благочестием — «брали подарки и судили превратно». Тогда старейшины Израиля от имени народа, уставшего от жреческого беспредела и поражений в войнах под руководством судей, решили сменить руководство и испросили себе царя, чтобы всё было, как у других народов.

Ни Самуилу, ни Иегове, который до той поры был единственным царём евреев — Царём небесным — это естественно не понравилось. Первосвященник подробнейшим образом описал дополнительные повинности, которые наложит институт царства на плечи евреев (нашёл, чем пугать закалённых левитским произволом). Упёртый народ стоял на своём. Тогда, притворно смирившись с волей народа, демократичный Боженька разрешил судье Самуилу подыскать евреям подходящего помазанника. Выбор пал на некоего Саула, сына Киса, знатного человека из небольшого племени из колена Венеаминова. Почему именно на него? Наверное, потому, что был он весьма высоким, молодым и красивым. Для царя — вполне «достаточно». Да и сам обряд помазания особой торжественностью не отличался. Судья вышел проводить Саула до ворот города. Оставшись один на один с будущим самодержцем, он скоренько вылил на его голову елея (оливкового масла), поцеловал и заверил, что Иегова помазывает его в правители.

Позже для народа был разыгран спектакль с падающим жребием. Самуил выступил с речью и от имени Иеговы выразил огорчение оказанным Всевышнему недоверием. Все колена должны были пройти перед Господом поплемённо, пока не было указано на Саула, который почему-то скрывался в обозе. После церемонии все разошлись по домам, как будто ничего не произошло. А будущий царь вернулся к своим полям и волам. Через месяц Саул доказал, что он достоин править евреями. Некий Наас Аммонитянин осадил город Иавис Галаадский. Горожане послали за помощью к Саулу. Вернувшись с поля, помазанник рассёк 2 волов и разослал их во все пределы Израиля, чем намекнул, что так будет с волами тех, кто не пойдёт за ним. Все конечно намёк сразу поняли и собралось 300 000 человек. Врага разбили. Народ возликовал. Наконец-то у них появился царь-защитник.

Однако Самуилу совсем не нравилось то, что приходилось делить власть над евреями с царём, пусть и марионеткой. Уже через год, между ними возник первый серьёзный конфликт. Филистимляне, рассердившись на Ионафана, который разбил их передовой отряд, собрали 30 000 колесниц и 6 000 конницы, а пехоты — как песка на берегу моря, и вышли бить его папу Саула, с его 2 000 воинов, из которых только Саул и Ионафан были вооружены мечами (!). У остальных оружия не было (а что же было? Ослиные челюсти и воловье рожно?).

А всё — из-за того, что подлые филистимляне не раскрывали евреям тайн кузнечного дела и не было в земле Израильской кузнецов. Увидев филистимское войско, евреи струсили. Половина войска, предала царя и сбежала, переплыв на другой берег Иордана. Саул понял, что разгрома не миновать и решил обратиться за помощью к Богу. Но загвоздка была в том, что он не смел обращаться к Господу через голову вышестоящего духовного начальства, т.е., пророка Самуила. Что было делать? Царь прождал неделю, а пророк всё не спешил. Понятное дело, что покладистый противник, в это время терпеливо ожидал, когда Саул решит все свои проблемы и задаст им жару...

Тогда Саул решился на отчаянный шаг: он построил жертвенник, на котором сам принёс жертву Господу. Самуил был жутко разгневан. Саул покусился на святое. Во-первых, он лишил Самуила, причитавшегося ему по обряду куска баранины. Во-вторых, Саул, не облачённый в одежду священника, не имел права строить жертвенник и возносить жертвы. В-третьих, он, так сказать, создал прецедент. Теперь, о ужас, любой мог обращаться к Богу напрямую, минуя посредников. В то же время, сам Саваоф на Саула не обиделся вовсе (ну, надо же). Более того, он чудесным образом помог ему победить ненавистных врагов. Всего лишь два человека Ионафан и его слуга напустили такой ужас и трепет на многотысячное филистимское войско, что те от страха сами перебили друг друга.

Саул всё более укреплял свою власть и воевал со всеми на свете. Однажды Саваоф вдруг вспомнил, что более 300 лет назад подлые амаликитяне не пропустили идущих из Египта евреев через свои земли и решил, что час расплаты настал. Он повелел Саулу, конечно же через Самуила, стереть этот народ с лица земли, включая ослов и верблюдов. Саул почти так и сделал, только оставил в живых лучших животных для жертвоприношения и царя амаликитян Агага. Из-за этого «почти» Саваоф, опять же через Самуила, отверг Саула. Кроме того, Саул, презрев законы о несотворении кумиров и изображений всего, что на небе и на земле, ставил себе памятники. Таких ужасных прегрешений простить было нельзя и Самуил начал искать ему замену. И нашёл (понятно, Саваоф указал) восьмого сына некоего Иессея. Звали вьюношу Давид. Он по всем параметрам подходил на роль царя. Был белокур, с красивыми глазами и приятным лицом (вот, что нужно для царства!). Самуил налил елея на голову отрока и помазал на царство, чем поставил его и себя в весьма щекотливое положение. Ведь, законный-то царь был ещё жив! В то же время, Дух Господень перешёл к Давиду, а Саула стал возмущать некий злой дух, но тоже от Господа.

Чтобы развеселить самодержца, ему, для упокоения, привели человека храброго и воинственного, разумного в речах и видного собою, который играл на ... гуслях (и откуда у него славянский народный инструмент?). Это был ни кто иной, как Давид. Какое совпадение! Тайнопомазанный царь на службе у законного царя. Смазливый юнец понравился стареющему царю, и он его сделал своим оруженосцем. А неугомонные филистимляне, быстро оправившись от сокрушительного поражения, которое они нанесли сами себе, снова пошли на Саула. Сорок дней (!) некий Голиаф из Гефа вызывал на поединок евреев, пока не пришёл пастух Давид и не запустил ему камнем в лоб. Филистимляне бежали, но Израильтяне их догнали, побили и разграбили (вот, как история пишется!). Давид был вторично представлен царю и вторично был призван во дворец, но уже, в качестве военачальника. Тут явно у кого-то были нелады с памятью. То ли у Саула, то ли у библеписцев.

Слава Давида росла. Народ любил его. Влюбился в него и сын Саула — Ионафан, даже одежды снимал перед ним (1. Цар. 18:1-4). Растущая популярность и неразборчивые связи Давида, измена Ионафана, ставшего на сторону Давида — всё это весьма действовало на нервы царю. Один только вид Давида стал приводить Саула в бешенство. Частенько он во время мирной беседы упражнялся в метании копья в сторону Давида, как бы в шутку. Давид чудом успевал уворачиваться. Однако, несмотря на это, он всё же женился на второй дочери царя Саула Мелхоле, отдав за неё, в качестве вена (выкупа за невесту), 200 краеобрезаний филистимлян. Мелхола и Ионафан любили Давида и как могли спасали его от гнева отца. Ионафан всячески подчёркивал его заслуги перед государством и добился от Саула клятвенного обещания, что тот не будет посягать на жизнь Давида.

Мелхола раз укрыла Давида и обманула слуг царя, пришедших убить его. Она спустила мужа по верёвке из окна, а вместо него положила в постель ... статую! (1 Цар. 19:13) Опять статуя. Откуда она взялась во дворце правоверного еврея? А может Саул был только слегка правоверным? Т.е. не евреем, а, скажем, филистимлянином, перешедшим в еврейскую веру, но не забывшим обычаев своего народа? Тогда становится понятным, почему он не решился предать смерти царя Агага. Тот тоже был филистимлянином, да ещё и божьим помазанником. Поэтому Самуилу пришлось собственноручно прикончить вражью голубую кровь.

Саул лично отправился в погоню за Давидом. От злости у него слегка поехала крыша и он стал пророчествовать на ходу. Дойдя до дома, в котором Самуил прятал Давида, Саул разделся догола, и продолжал пророчествовать. Давид смекнул, что от тронутого царя можно ожидать всё, что угодно и поэтому решил смыться. Но перед уходом он встретился с Ионафаном. Давид и царевич поклялись, что будут любить друг друга и не расстанутся до самой смерти. Ионафан не только заверил друга, что не допустит его гибели, но просил Давида поклясться, что в случае его, Ионафана, смерти Давид возьмёт под защиту его наследников. «...и целовали они друг друга, и плакали оба вместе, но Давид плакал более» (1 Цар. 20:41).

Давид скрывался, терпел лишения и голод. Постепенно он сколотил отряд приверженцев из «всех притеснённых и всех должников и всех огорчённых душею». Через несколько месяцев эта шайка насчитывала уже 400 человек. Саул же беспощадно расправлялся со сторонниками Давида. Вырезал городами, под нож шли даже священники. Когда Давид не бегал от Саула, он воевал с извечными врагами евреев — филистимлянами. Те напали на город Кеиль. С Божьей помощью Давид с дружиной, в которой уже было 600 человек, «нанёс им великое поражение и угнал их скот».

Саул решил неожиданно напасть, окружить Кеиль и запереть Давида в стенах города. А потом взять город приступом. Но счастливчик избежал опасности, опередив его, поскольку он имел во дворце Саула своих агентов, доносивших ему о каждом шаге царя. Ионафану удалось снова тайком встретиться со своим другом. Его любовь была так сильна, что он решился предать отца и отказаться от наследования трона в пользу Давида. А Саул был просто одержим идеей поймать Давида. Он собрал 3 000 войско и пришёл к горам, где по его сведениям должен был скрываться отряд Давида. Как-то раз Саулу приспичило сходить по нужде и он заскочил в пещеру, где (какое совпадение!), как раз, сидел Давид сотоварищи. Пока монарх в темноте справлял свои царские нужды, Давид, несмотря на подстрекательство приспешников убить царя, всего лишь, отрезал край его одежды. Ещё одна весёлая, криво слепленная библейская сказочка. Что хотели живописать здесь библеписцы: благородство, ум и дальновидность Давида или деликатность и застенчивость Саула в интимных вопросах?

Однако, будущий великий еврейский царь Давид не только бегал от царя Саула и сражался с филистимлянами. Он придумал, как ещё можно добыть себе на хлеб с оливковым маслом. Человек по имени Навал был очень богат. У него было 3 000 овец и 1 000 коз. Его стада паслись, как раз, на той территории, на которой обосновался Давид. Поэтому, было решено предложить Навалу «крышу», естественно, не безвозмездно. Чтобы соблюсти бандитский протокол Давид направил к Навалу 10 своих боевиков с вежливой просьбой: поделиться, чем Бог послал. Посланцы сказали Навалу, что его пастухи спокойно пасут овец, у них ничего не пропало (а чем же питались сами разбойники всё это время?), потому что Давид якобы денно и нощно бдил о благе Навала. Навал, будучи слегка навеселе, послал их подальше. За это его следовало наказать. Однако, Авигея — жена Навала — приняла экстренные меры к спасению. Она собрала 200 хлебов, 2 меха с вином, 5 овец приготовленных, 5 мер зёрен сушённых, 100 связок изюму, 200 связок смокв и отправилась к Давиду на поклон. Авигея с помощью благословений и льстивых пожеланий на голову Давида и проклятий на голову Навала умолила грозного атамана не проливать крови. Давид принял подношения и милостиво согласился. Утром, когда Навал протрезвел, жена рассказала ему об этом, с Навалом стрясся инфаркт, а через 10 дней он умер, а Авигея стала женой Давида. Так «святая» еврейская книга предлагает своим читателям пособие для начинающего рэкетира.

Давид, снова преследуемый Саулом, сбежал в город Геф к филистимскому царю Анхусу, в глазах которого быстро «приобрёл благоволение» (вот это харизма!). Пользуясь расположением царя, Давид попросил, чтобы тот перевёл его отряд в небольшой городок Сакелаг. Оттуда Давид нападал на соседние племена и доставлял Анхусу богатую добычу: мелкий и крупный скот, драгоценности. Но ни разу, в течение полутора лет, не привёл рабов. А всё потому, что он не оставлял в живых свидетелей своих набегов. Ведь Анхусу он говорил, что грабит и убивает иудеев, а не дружественные Гефу племена. А Анхус, попав под воздействие Давидовой харизмы, отчёта, куда же деваются рабы, не спрашивал. Филистимляне вновь пошли войной на Саула. Тот, увидев филистимскую армию, испугался и начал метаться в поисках поддержки.

Но Иегова ему не отвечал, памятуя прокол с амалакитянами, Самуил, как назло, умер, а всех магов и колдунов он сам разогнал. С большим трудом удалось попасть на подпольный спиритический сеанс и вызвать дух Самуила. Но это не помогло. Недовольный дух предрёк опальному царю поражение в битве, ему и его сыновьям смерть и передачу царства Давиду. Давид же получил повышение — Анхус назначил его своим телохранителем. Однако, филистимские воеводы не захотели видеть среди своего войска людей Давида, весьма справедливо полагая, что евреи способны на предательство. Анхус не хотел расставаться с Давидом, который «был в его глазах как Ангел Божий», но он вынужден был подчиниться воле большинства.

Пока Давид со своим отрядом находились в стане филистимлян, амаликитяне с юга напали на Сакелаг, разграбили и сожгли его, а женщин и детей увели в плен. Среди пленённых были и две жены Давида. Вожака едва не побили камнями — ведь по его вине город остался без охраны. Многие из разбойников лишились своих близких. Хитроумный и дерзкий Давид нашёл выход из положения. Он надел священнический ефод, что было грубым и преступным нарушением Моисеева закона. Ведь Давид не был не то, что потомком Аарона, но и даже простым левитом. Трюк сработал и Давид стал напрямую без посредников общаться со Всевышним. И его слово стало восприниматься, как слово Божье. Пленных и награбленное отбили, да ещё и прихватили лишку от амаликитян. И тут Давид сделал ещё один шаг, закрепивший за ним славу справедливого царя — он впервые разделил добычу поровну между всеми воинами, независимо от того, ходили они в поход или нет. Не забыл Давид и своих тайных шпионов по всем городам и весям, а также при дворе Саула — часть добычи досталась и им. А битва с филистимлянами закончилась, как и предсказывал дух Самуила. Евреи проиграли, трое сыновей Саула погибли, а сам он, боясь плена и издевательств, закололся.

Выводы

1. Увы! Наша радость была преждевременной! В Библии всё вернулось на круги своя. Опять пошли сплошные войны, убийства, борьба за власть, шантаж, мужеложество, подлость, обман, грабежи... и прочие «священные» атрибуты христианства, подсовываемые нам в качестве духовной основы нашего бытия.

2. Пока мы не начали читать сам текст Библии, всё было ещё ничего. Как-то удавалось не обращать внимания на огромное число неблаговидных фактов о работе церкви, которые, несмотря на тщательное замалчивание в СМИ, всё равно становятся известны людям. Мы тоже старательно закрывали на всё это глаза, старались побыстрее забыть ставший вдруг известным компромат, уговаривая себя тем, что «Этого же, не может быть! Люди, которые проповедуют такие светлые идеи и сами наверняка следуют этим идеям. А их всё время оговаривают... по разным причинам».

3. Теперь же, когда мы прочли несколько глав Библии, мы поняли, что нас всех очень много лет водят вокруг пальца, хладнокровно и расчётливо обманывают! Христианство, единобожие, религия, церковь — это просто способ удержания больших масс людей в повиновении. Это просто система норм и правил, привитая людям с помощью мечей, костров, пуль и ножей. Это — самая эффективная и подлая система, благодаря которой люди «добровольно» отдают паразитирующим на них существам всё, что имеют, включая и свою Душу!

4. Что же касается харизматически-пидерастического царя Давида, становится просто неудобно за тех людей, которые с гордостью продолжают упоминать его имя, преданно носят специальную бижутерию — звезду Давида, гордятся такой, придуманной больными людьми, историей. Мы все стали жертвами подмены понятий. У нас понятие «царь» ассоциируется с кем-то умным, благородным, мужественным. С самым настоящим Их Сиятельством (этот термин появился в давние времена, когда правители в обязательном порядке обладали значительно более высокими духовными качествами и имели сияние вокруг головы — нимб). Библейские вожди еврейского народа, в том числе цари Саул и Давид, предстают перед нами в самом неприглядном виде. Ложь, вероломство, подлость, грабежи, насилия и убийства — вот достоинства, которыми гордятся творцы и почитатели Торы и Библии, и это — то, что ассоциируется с понятием «царь» у них. Поэтому мы и не можем понять, почему попы говорят одно, а в Библии написано совсем другое. Поэтому и получаются такие «нескладушечки»: слово — одно, а смысл, понятия — разные. И это далеко не единственное слово с изменённым смыслом, на которое поймались «рабы божьи» во всём мире.

5. Конечно, реклама сегодня способна задолбать кого угодно и внушить людям всё, что нужно неугомонным «правителям». Можно труса назвать смельчаком, подлеца — героем, а бандитов и воров — праведниками и святыми. Можно даже самим себя уговорить проглотить всё это и не отвлекаться от «сладостной» жизни полуразумного животного. НО! Время погонял и пастухов овец подходит к концу. Наступает новая эпоха, новая эра. Люди просыпаются, опять открывают глаза, начинают пользоваться своим разумом. Время жизни разумных животных заканчивается. Начинается время жизни Разумных Людей. Начинается новая история человечества. Здесь каждый должен сделать свой выбор сам. Сегодняшняя ситуация на Земле — это следствие выбора, который человечество сделало несколько тысяч лет назад. Сегодняшний выбор определит наше будущее на десятки тысяч лет или... на гораздо более короткий период.

X